Обреченный - это судьба.

- Надеюсь, дорога не была слишком утомительна?

Хоть Юлиус и не был допущен до большинства светских мероприятий, но над его образованием и манерами с ранних лет работала сначала гувернантка, а потом и камердинер. Этикет и манеры были заложены в столь раннем возрасте, чтобы молодой граф использовал их на уровне инстинктов. И пусть это не было трудностью для него, но и не доставляло ни капли радости.

- Что вы, как такое возможно? Путешествия для меня всегда в радость. - сказала девушка, глядя прямо в глаза Юлиусу. - А еще мне интересно, вы уже.

..

- Кгхм... - негромко, но достаточно явно прозвучало от дверей поместья. - Леди Елена, как же я рад Вас здесь видеть.

В проёме появился статный молодой человек, одетый в военную форму. Черный камзол и светло-серые брюки сильно ему шли. Заложив правую руку за спину, а левой, слегка кивнув головой, он сделал девушке элегантный приглашающий жест.

- Сэр Андрэ... вы вышли меня встретить - с небольшой паузой ответила она, бросая из под ресниц внимательный взгляд на Юлиуса.

- Я очень польщена подобным вниманием.

- Ну что вы, как будущий супруг я просто обязан был вас встретить. - Сделав несколько шагов, Андрэ показательно положил руку на талию девушке и легонько подтолкнул ее в дом. Да, подобные вольности в обществе были бы недопустимы на приёмах или церемониях, но учитывая, что помолвка была широко известна и фактически подошла к логическому завершению, никто бы молодых людей за это не осудил.

- А, брат, это ты? - со столь знакомой Юлиусу ноткой издёвки, остановившись, повернул голову Андрэ.

- Как же здорово, что я тебя встретил. Проследи, чтобы моя лошадь была на завтра почищена, а рапира отполирована. Ах.. да, отец что-то там говорил про поля и навоз... не помню точно, но уверен, ты справишься. Всегда же справлялся.

Взгляд, которым младший из братьев встретил очередную издёвку, старался передать всю ту глубину злости, наполнявшую его каждый раз, когда его прилюдно подвергали унижениям. К сарказму и шуткам от брата и наставника он уже давно привык, но благородная кровь, которую не вытравишь никаким смирением или тренировками, вскипала в парне каждый раз, когда кто-то еще становился свидетелем подобных издёвок.

Тем более, когда рядом была молодая красивая девушка. Тем более, когда она тебе нравилась. И тем более, что она тебе никогда тебе не достанется. В такие моменты младший из братьев прикусывал себе язык, лишь бы хоть как-то вернуть себе способность рационально мыслить и не сказать ничего лишнего.