В пепел. Очень большая игра

– Очень хорошим, – кивнул тот, принимая эту поправку.

И опять задумался:

– Дальше… Два пророка: один мелкий, зато другой – аж целый король. Две прекрасные дамы: с даром читать чувства, – коротко поклонился он в сторону Лины, а затем кивнул Лит, – и с даром фильтровать вранье. Но самое главное – аж целый Шоргуа!

– Без малейшего семейного дара, – поморщился на это Каги. – И не способный ничего никому внушить.

– Зато способный на кое-что другое, не менее интересное, – подмигнул ему Пепел.

– Трепло, – пробурчал Шоралт. – Делать что будем, спрашиваю?

– Ну, вариант с возвращением ваших проблемных величеств обратно в тихий и спокойный Сонресорм мы не рассматриваем, правильно я понимаю?

– Правильно, – хмыкнуло «проблемное величество». – Тем более что тихий и спокойный он сейчас лишь в вашем воображении, сиятельный ресс Ретенауи.

– Н-да… – вынужден был признать его правоту Пепел. – Вот только, Ралт, просьба: не называй меня так, ладно? Я, конечно, Ретенауи, спорить не стану, но, когда ты это озвучиваешь, чувствую непреодолимое желание оглянуться, убедившись, что поблизости нет Ворона. Все-таки сиятельный Ретенауи – это у нас он. А я скромный лорд Равеслаут. Хотя и Ретенауи…

– Хорошо устроился, смесок, – расплылся в улыбке Шоралт, получивший именно ту реакцию, которой и добивался.

– Еще как хорошо, душка Ралти… Все, все, шучу! Успокойся!

Каги закатил глаза, а Стави, то бишь Эстави Нерм, жених Литси Ретенауи, их, наоборот, вылупил.

– Угу, когда вместе – они всегда такие, – тихонько хмыкнула Лит ему на ушко. – Уверена, Равеслаут только ради такого развлечения и согласился бросить свой кабинет и приехать с ним сюда. Шанс чуток развлечься, вспомнив молодость… Ладно, привыкнешь, раз уж всерьез намереваешься связаться с нашей семейкой.

– Намереваюсь. Всерьез, – подтвердил тот и постарался взять себя в руки хотя бы внешне.

– Погоди, – вдруг спохватилась она и, оторвавшись от жениха, в упор глянула на «братишку», который братишкой ей на самом деле не был. Кровное родство там если и существовало, то очень дальнее и запутанное, что совсем не мешало им считать себя одной семьей.