Замуж до утра

Только помня о том, что у меня еще есть родной человек в этом городе, я находила в себе силы идти дальше.

Ванесса жила в самом убогом районе городе. Я заходила к ней в гости всего однажды, и то не одна – за мной приглядывал помощник папы. В тот день я не могла не навестить подругу: все-таки Новый год, а она совсем одна и без подарков. Ванесса выгнала меня почти сразу и, чуть не плача, попросила больше не приходить. Я почти обиделась, но потом она объяснила, что находиться в ее доме мне совсем небезопасно.

Тогда я ее послушала, а сейчас мне у нее было бы куда безопаснее, чем на улице.

Я остановилась за поворотом от дома Ванессы и стянула с лица раздражающую вуаль, прикрепила ее конец к шляпке. Дождь тут же оросил мое заплаканное лицо, остудил пылающие щеки, и я вздохнула чуть свободнее. Папа одумается, я уверена. Уже завтра он пошлет своих людей на мои поиски, и уже тогда я смогу снова поставить ему условие: я или Бранда. Он выберет меня… наверное.

Неподалеку жалобно взвыла голодная собака.

Встречаться с ней я совсем не хотела, а потому поспешила пересечь темную улицу и нырнуть в арку между кособокими домишками. Шмыгнула носом, молясь, как бы не простудиться, и занесла руку над прогнившей от сырости дверью.

Интересно, что скажет Ванесса, увидев меня в таком виде? Пустит ли в дом или снова прогонит?

Ванесса, молодая женщина тридцати двух лет, всегда выглядела как мальчишка. Когда мы с ней познакомились, я ее приняла за парня, смутилась и накричала, чтобы та не подсматривала за мной в примерочной.

Потом мы частенько вспоминали тот случай и смеялись…

Дверь скрипнула, и на пороге, с фонарем в руках появилась моя подруга. С короткой стрижкой, в брюках и рубашке – как есть, парень! Мой отец, увидев женщину в мужской одежде, наверняка сошел бы с ума и обозвал умалишенной нищенкой.

— У меня всего два вопроса, — негромко проговорила Ванесса, всматриваясь в мое лицо, — но задам я тебе их позже. Проходи скорее.

Со вздохом я двинулась за подругой по пыльному коридору.

Она подала мне руку, чтобы я не разбилась на кривой скрипящей лестнице, зацепившись каблуком за щель в ступени. Молча мы миновали подвал, еще одну лестницу, и оказались в просторной теплой комнате, где почти всю свою жизнь Ванесса пряталась от охотников.

Я в очередной раз прикинула, не вернуться ли домой, но искусственный огонь в углу помещения окатил меня теплом, и я передумала.

Ванесса оставила масляный фонарь на столе среди кучи “ценного” хлама.