Дорога сна

– Я хочу, чтобы ты… Чтобы ты передал в Навь, что я хочу выйти замуж, что мне нужен жених. Живой, настоящий.

– У тебя уже… Есть жених, Весея, – отозвался Колоб после долгой паузы, покойник думал над ответом. – Я уже был там, я его видел… Пока ты… Не позвала меня обратно. Ему… Ему не понравится, если… Если ты…

– О ком ты говоришь?

Весея прищурилась, она пристально смотрела в сторону избы, последнего пристанища каждого из покойников ее рода. Она закрыла глаза на мгновение, пыталась вспомнить голос сына кузнеца, понять, он это или бес, вышедший из врат Нави.

При жизни они с Колобом почти не общались, не было ни желания, ни возможности. Кузнецкий сынок не любил тратить зря время, словно знал, что смерть ждет его за развлечением. Кто же знал, что именно Колоб станет ее ключиком к большому женскому счастью.

«Ты – не первая собеседница мертвеца», – услужливо подсказал ей внутренний голос, теперь он хотел успокоить девчонку. В каждой деревне раз в десять, в пять лет кто-то тревожит души усопших, просит о помощи или проклинает на последнем пути.

Весея знала, они ведь жили совсем близко к погребальной избе, видели, как в ночи кто-то шастает мимо.

– Он тебя… Ждет… Долго ждет… – кровь булькала в горле у сына кузнеца, стекала с его синих губ. – Долго… Долго… Ищет.

«Да о ком ты?», – спрашивала себя девчонка. Ветер крепчал, и за раздумьями, за страхом, сковавшим тело, Весея не заметила ползущих по небу туч. Свинцово-серые облака заполняли пространство, они закрыли собой круглый лик луны, и рядом с отчаявшейся невестой не осталось источников света.

Звезды мерцали далеко над головой, а Весея пыталась понять, не сыграли ли с ней злую шутку друзья и подруги старшей невестки.

«Нет», – подсказал голос, родившийся в самом центре ее гулко бьющегося сердца. «Марфа тут ни при чем, ей умишки не хватит выдумать такую хохму». Покойник, словно по слышимой ему одному команде, положил руку на плечо Весеи, и девушка едва удержалась от крика. От ладони его шел холод, запах тлеющей плоти ударил в нос, и дочери батрака пришлось зажать бледные губы взмокшей ладонью.

– Он придет за тобой… – громче произнес Колоб, и кровь вновь забулькала в его мертвом горле. – Зря ты… Спросила… Он теперь знает… Где тебя… Искать.

«Шутка, розыгрыш старой ведьмы», – сказала себе Весея. «Она просто забавляется моим страхом, ей весело от того, что люди тревожатся попусту…». У дочери батрака задрожала губа. От злости или страха – этого Весея не знала, не знала она и как унять эту мерзкую дрожь.