Благословлённые #2. Палеонесская дева

Втиралась в доверие, заводила дружбу, только чтобы попасть во дворец…

— Поменьше думай о последствиях. Поверь, ты сделаешь большое одолжение всему государству, — подбодрил Веймар.

Кларисса увидела, как к дверям покоев принца, идя ровно шаг в шаг, подошли послушницы. Стоявшие на посту сошли со своих мест и удалились, уступая посту. Сменившие их девушки смирно встали с двух сторон от дверей, и одна из них еле заметно кивнула привратнику.

— Жди меня здесь, — скомандовал Веймар. — Я скажу, что ты пришла по поручению из Академии и, если повезет, он примет тебя сейчас.

Привратник ушёл, оставив Клариссу одну. Она постаралась отогнать навязчивые мысль о том, что можно прямо сейчас убраться прочь отсюда и искать какой-нибудь другой способ спасти маму. Одной стоять хоть и где-то в стороне было не очень-то и уютно, тем более со спрятанными под плащом клинками, когда ходить с оружием по дворцу таким как она было строго запрещено. Но, казалось, никому до этого не было дела, и только изредка кто-то проходивший мимо подозрительно косился в её сторону.

Наконец-то он вышел и кивком головы велел идти. Даже подождал, дабы убедиться, что Кларисса не захочет вдруг развернуться и направиться куда-то в другую сторону. Несколько мгновений Кларисса стояла, не решаясь двинуться с места, но потом медленно, шаг за шагом, дошла до Веймара. Она почувствовала на себе взгляд послушниц.

Теперь понятно, почему привратник так спешил. Если, не дай Малеон, из мамы начнут выпытывать правду, принц Освальд узнает имена всех, кто состоит в сговоре с культом, и тогда Веймару и всем его соратникам несдобровать. А сколько культистов во дворце и в Академии? Наверняка очень и очень много. Сам Веймар и пропускал своих же девушек в казармы дворца, на военные должности и боевые посты.

Зайдя внутрь, Кларисса увидела большой и неприлично богато обставленный кабинет. На полу пестрые ковры, на стенах картины, крутом мебель была сделана из темного резного дерева и большие книжные полки у стены. Пространства тут было больше, чем в целом доме. И в углу за красивым бархатным занавесом был виден вход в ещё одно помещение.

Он стоял, повернувшись спиной в пяти шагах от неё и что-то искал на огромном письменном столе.