Опричник

Когда Мирон вышел в поле из верхней избы, что стояла над логовом колдуна, он отметил, что Василий вместе с бывшими пленниками отошел подальше от больших ям, которые так и зияли в земле. Они были в безопасности. Вернувшись в избу, Мирон захватил с собой немного сена из сеней, раскидал его по углам горницы, видя, что привидения висели маленькими шариками над головами трупов. Обрубки и трупы змей также валялись по всей избе. Запалил сено, после чего пламя вмиг захватило все пространство, молодой человек вышел наружу.

Кафтан и бердыш были надежно прикреплены за его спиной, и Мирон быстрым шагом направился к Василию и остальным. Когда он приблизился, бабка, паренек и горбун сидели на траве. А Василий стоял рядом с Людмилой, которая осматривала его рану на виске.

— Сейчас пока не надо трогать рану. Грязь занести можно, — услышал последние слова монахини Мирон. — Вода нужна.

— Жуть там такая и змеи кругом мертвые лежат, — причитала бабка.

— Запалил я там все, бабушка, не переживай. Огонь все очистит и души заберет на небо, — отозвался Мирон, подходя к ним.

— Ох, спасибо вам, соколики, — проскрежетала старуха.

— Ну как, жива еще? — по-доброму спросил Мирон, устремив взор на старуху.

— Жива, соколик. Благодарствую!

— Вот и живи еще сто лет.

— Ох, куда столько! И десятка хватит.

— Ну что, малец, будем браслет темный ломать? — ухмыльнулся Мирон.

— Да, дяденька! — вымолвил мальчик, вскакивая на ноги и протягивая ему руку. Мирон быстро разорвал браслет. — Спасибо вам, дяденька, и за то, что спасли нас.

— Помолись, малой, за меня как-нибудь, я рад буду, — улыбнулся ему Мирон, потрепав мальчика по волосам.

Горбун тоже подставил руку, и Мирон так же освободил его.

— Вижу, колдун хорошо тебя обработал, — заметил Василий, подходя к брату и видя его раны, перевязанные ногу и запястье молодого человека. — Придем к боярину, травы соберу, настой сделаю.

— Добро, — кивнул Мирон и, обращаясь ко всем, сказал: — Ну что, родимые, в посад пойдем?

Сориентировавшись по солнцу, Мирон указал нужный путь.

Они направились через пустынное поле. Мирон так и шел в одной рубаке с засученным рукавом и в оборванной до колена штанине. Сабуровы двигались впереди, и Мирон кратко рассказал Василию о том, как одолел колдуна, и про пленников. Выслушав брата, Василий высказал сожаление, что совсем не помог брату, на что Мирон заявил:

— Главное, ты жив, братец. А это уж такая радость, что не передать.

Через час путники вышли к окраине Сергиева посада.