Опричник

На рассвете следующего дня, когда занималось ярко-оранжевое солнце, Мирон проворно направился в высокую двухэтажную избу старцев. Накануне они долго говорили с братом, и глубокой ночью Мирон принял непростое решение, которое в этот момент казалось ему наиболее правильным. Поднявшись в полутемный терем, молодой человек направился к келье настоятеля монастыря, старца Радогора, намереваясь решить все сегодня же. Едва молодой человек приблизился к келье, как увидел, что она открыта. Он прошел внутрь. Старец Радогор стоял напротив двери и быстро вскинул глаза на молодого человека.

— Я ждал тебя, Мирон, — произнес старец.

— Правда? — удивился Сабуров.

— Отчего-то знал, что ты придешь, оттого и посылать за тобой не стал.

— Я хотел поговорить с вами, отче.

— Дверь прикрой, — велел Радогор. И молодой человек повиновался. Старец отошел к окну, отвернувшись от него.

— Отче, он не будет мешать, — воскликнул порывисто молодой человек. — Он даже не лает. Болеет он, едва не помер. Позвольте, он будет в моей келье жить.

— Не дело это, — сказал строго Радогор, так и не поворачиваясь к молодому человеку и смотря в окно.

— Привязался я к нему, отче. Он хоть немного радости мне приносит, — не унимался Мирон.

Радогор долго молчал и лишь через некоторое время повернулся к молодому человеку и разрешил:

— Хорошо, пусть живет.

— Благодарствую, отче! — выпалил Сабуров довольно. Но тут же, нахмурившись, добавил: — Только недолго мне осталось жить в монастыре.

— Вижу, ты хмур, — заметил старец. — Ты не должен отчаиваться.

— Как же быть, отче? Если отца обвиняют в измене и приговорили к мучительной смерти?!

— Я как раз хотел поговорить с тобой об одном деле, — тихо сказал старец, но Сабуров перебил его:

— Мне нужна свобода. Я хочу уйти с царской службы.

— Отчего же? — спросил строго старец.

— Я нужен теперь отцу. Должен оправдать его! И найти истинных убийц царицы.

— Да, это твой долг, Мирон. Однако послушай меня, — начал увещевательно Радогор.

— Вы будете меня отговаривать, отче. Но я не стану вас слушать! Я уже все решил! — порывисто заявил молодой человек.

— Ты самый искусный и уникальный витязь «волчьей сотни», сынок, — заметил Радогор печально. — Мне будет жаль, если ты уйдешь со службы.