Книга третья: Лабиринты

Свет стал дрожащий, отчего тени уже величиной с Великанов закружили свой бесконечный танец. Музыку я услышал не сразу. Вообще, сам момент, когда она начала звучать, я не помню. Просто в какой-то момент осознал, что напеваю мелодию, еле слышимую сквозь треск сферы. Постепенно звук струнного инструмента становился всё сильнее и громче, настойчиво унося мои мысли в неведомые мне места, где солнечно и слышится звук прибоя. Место, куда меня с таким усердием выставляла Оливия, было выбрано не случайно. Музыка лилась со всех сторон, окружая и нежно обнимая.

- Ну как? – Музыка давно закончила литься, но я всё ещё стоял, очарованный услышанным. Она подошла и легонько ткнула меня в плечо. – Не молчи, я же старалась.

- Это было невероятно, Оливия! Что это за инструмент? – Спросил я , глядя на маленькую изогнутую арфу с несколькими струнами.

- Это лира. Греки утверждают, что это их древнее изобретение и родоначальник всех струнных инструментов. – Она протянула мне инструмент, но я отказался.

- Я не должен касаться этого Волшебства, иначе оно исчезнет. – Это вызвало новую улыбку у неё, только в этот раз добрую и самую красивую из всех улыбок, что я когда-либо видел.

- Тогда смотри. – Она дёрнула по каждой из струн по очереди. – Слышишь? Каждая звучит по-разному. А вот так, - Она снова дёрнула их, но только в определённой последовательности, отчего пространство наполнилось недавно звучавшей мелодией. – А теперь представь, что ты можешь слышать только одну из струн, а остальные недоступны твоим ушам.

- Понимаю. Но не слишком ли мало струн? Сколько их тут? Семь?

- О, вот тут самое интересное. У каждого свой инструмент, и чем больше струн на нём можно разместить, тем замысловатей музыка. Но и это ещё не всё.

- Не всё?

- Нет не всё, инструмент у каждого свой, а вот струны у всех общие. – Будто Оливия ещё раз прошлась по струнам, словно пытаясь проиллюстрировать только что сказанное.

- Послушай, каждый раз, во всех жизнях, я влюбляюсь в тебя. – Сфера снова зашлась треском, отчего тени, высотой до потолка, задрожали. – Это я что-то не то сказал? Ладно, без разницы. Всё, что я увидел и вспомнил за последние дни, всё это говорит о том, что я влюбляюсь и влюбляюсь.