Фантасмагория: Полыхающий рассвет.

Морганна обнимала его и гладила по плечу, Альберт держал его руку на своём плече.

— Поправишься, дядь Юджин, — постарался как можно увереннее сказать Ал. — Домой вернёшься. По тебе знаешь, как дедушка скучает?

— Знаю… — Мужчина посмотрел на племянника, повернувшегося к нему.

На него глядели такие же ясные, синие глаза брата. Он догадывался, что Альберт даже на толику не осознаёт, как похож на своего отца. Не только внешне — внутри. Он был не по годам ответственным и мудрым с самого детства, заботился о младшей сестре, как настоящий взрослый.

И, как настоящий взрослый, отказался от тебя ради сестры. Он почти полностью повторял судьбу своего отца.

— Ты, Альберт, — мужчина даже привстал, — достойный сын своего тяти. Он твой. — Юджин легко стянул кольцо с пальца и сложил в руку племянника, после чего закрыл ладонь своей. — Ты отныне глава нашего роду. — Мужчина закашлялся.

Хель подскочили на ноги в поисках лекарств, но дядя их остановил.

— Вы… — мужчина старался быстрее договорить, — от брата… главное взяли.

— Он протянул руку и сжал две ладони: Морганны и Альберта. — Не воины вы… мастера… как Артур… И мы… — из глаза покатились слёзы, а его всего затрясло, — гордимся вами… Прости, Аня… — Он вдруг поднял глаз. — Прости меня… Это я… дар загубил.

— Всё в порядке. — Морганна поцеловала его руку. — Всё хорошо. Я не злюсь.

— Простите меня… — Тело обмякло, завалившись вбок, на племянников.

Морганна тихо заплакала, прижимаясь к бездыханному телу. Альберт же несколько секунд смотрел в одну точку, а после уложил дядю обратно в кровать и дал сестре пару минут.

Мужчина поднял перстень и взглянул на него. Он смутно помнил его на отцовской руке. Серебряное кольцо с сапфиром передавалось по их роду ещё с первого Хель — Герхарта. Ему пожаловал Вождь это кольцо как подарок на свадьбу с Ингихильд — последней известной шаманкой духа Хель. На украшении так и было написано с внутренней стороны — «Хель». Даже было семейное поверье о том, что, если этот перстень наденет кто-то, кроме кровных наследников, тотчас же серебро почернеет и отравит вора.

Альберт покрутил его ещё немного в руках и осторожно надел на средний палец.

Морганна поднялась на ноги и посмотрела на брата. Он обнял её и прижал к себе, поглаживая по голове. Постояв так ещё минутку, мужчина мягко поцеловал её в макушку и чуть отстранился, продолжая обнимать за плечи. Он протянул к лицу дяди руку и закрыл его глаза.

— Вот и всё, — прошептал Альберт. — Мы остались вдвоём.