Фантасмагория: Полыхающий рассвет.

Альберт одобрительно поглаживал мальчика по спине, неспешно завтракая.

— А ты не забыл, какой сегодня день, велли? — Морганна резко переключилась на брата и от нетерпения выпрямилась.

Нишант поднял глаза в немом вопросе, а Ричард заинтересованно отставил чашку с чаем, которым запивал кашу, чтобы лучше проходила.

— Не имею ни малейшего предположения. — Ал рассмеялся на тяжёлый вздох сестры. — Помню–помню. А ты, что же, успела приготовить мне подарок?

— А что сегодня? — Ричард еле удержался, чтобы не вытереть рукавом грязную щёку.

— Праздник?

— Да! — Морганна крепко сжала ладонь брата. — У Ала сегодня день рождения. Это очень важный праздник. Он есть у каждого человека и повторяется каждый год. В такой день принято дарить подарки. Мой день рождения, например, прошёл 8 апреля.

— А зачем он нужен? — Мальчик отправил ещё одну ложку в рот.

— Чтобы поблагодарить мир за то, что ты прожил ещё один год. — Альберт ласково погладил ребёнка по волосам. — Вот когда ты родился?

— Я не знаю, — Ричард пожал плечами, — и о празднике тоже впервые слышу.

Хель и Нишант переглянулись между собой, но замолчали. Альберта неприятно кольнуло внутри.

«Что ж за мати-то такая?»

Но он промолчал.

Ричард довольно скоро расправился с кашей и чаем, как и остальные. Пора уже было отправляться в путь. Остатки вещей погрузили в карету ещё перед завтраком, поэтому было лишнее время до отправления.

Зеркало из вчерашнего ритуала Морганна завернула с собой и спрятала в сумку, а владельцу заплатила как за разбитое.

— Так а почему нота хромает?

Фаус стоял напротив жены хозяина. В его руках был небольшой кулёк с перекусом в дорогу. Имма, как звали хозяйку, всегда такие давала детям с собой. Бесплатно.

— Изначально, — женщина присела и погладила Ричарда по голове, — трактир назывался «Хромая Нога». Однако на вывеске всем буква «г» напоминала «т». От этого и повелось. А мы и менять ничего не стали. Звучно же.

— Звучно, — согласился Фаус.

Он отошёл к Хель и сел рядом с Алом на лавочке.

Ричард уже знал об этом обычае — посидеть на дорожку. Это помогало успокоиться, собраться с мыслями и медленно подумать обо всём. Ричард тоже с серьёзным лицом закрывал глаза, как Альберт, и представлял, как он думает о дороге и карете. В его фантазии Ал воображал перед лицом список и кружащийся вокруг ветер с вещами, которые по волшебству падали в багаж. И каждый предмет заботливо вычёркивался из списка.

У Нишанта мысли были снова все обращены к сестрёнке.