Смерть старого мира

— тот не подал виду, что заметил оговорку вначале, только хитровато улыбался, разглядывая пунцовую от стыда девушку, и щурился.

— Ну вот... пострадавших нет, все живы... 

— Разумеется, ведь ритуал ты проводила абсолютно одна в комнате отдыха, а в самом начале ты особо подчеркнула, что жилые комнаты задеты не были, — невозмутимо проговорил парень, широко улыбнувшись в ответ на возмущённый взгляд Агнессы.

— Ты вот издеваешься надо мной, а зря! 

— Это угроза?! — Генрих театрально округлил глаза и закрыл голову руками, съёживаясь и «прячась» под стол. 

Агнесса фыркнула:

— Конечно, нет. Я хотела сказать, что, наверное... так делать нельзя, и меня, скорее всего, теперь накажут. А это плохо, согласись?

— Да, если с такой стороны смотреть — дело дрянь, — безмятежно кивнул парень, выпрямляясь. 

А затем, сунув пальцы в крошечный кармашек для часов на бархатном жилете, извлёк оттуда металлический ободок, оказавшийся при ближайшем рассмотрении простым колечком, и положил то на стол перед Агнессой: 

— В связи с чем я хотел бы сделать тебе кое-какое предложение.

Эффект от пониженного голоса и томного взгляда слегка смазывала всё та же лукавая усмешка, и девушка, почти против воли, улыбнулась в ответ:

— Право же, не уверена — мы слишком мало знакомы! — шутливо помахала она в его сторону уцелевшей половинкой тоста, словно веером.

— Тогда я предлагаю познакомиться поближе! — пылко заявил Ворон, подталкивая к ней пальцем кольцо. — Конкретно — сегодня, после девяти вечера. Это что-то вроде приглашения вступить в небольшой закрытый клуб... по интересам, так сказать.

Агнесса со смесью опаски и любопытства посмотрела на кольцо:

— И... что за клуб?

— Да, мне тоже интересно — что за клуб? — въедливый голос Виленской не узнать было невозможно. 

Генрих даже вздрогнул в первый момент, но тут же вскочил, приветствуя поклоном подобравшуюся к ним девчонку. В этот раз — без свиты.