Смерть старого мира

извини меня, Честер, — начала было Агнесса, но тот отмахнулся:

— За что? Этот козёл получил по заслугам — нечего бухтеть на гостей, особенно если не знаешь, кто пожаловал!

— Но... он тебя не слишком поколотил? Тебе не больно? — встревоженно спросила девушка, силясь отыскать на лице воришки побои, но не находя и следа.

— Что?! Этот увалень — меня? Да он даже сонную хрюшку оглушить не сможет — не то, что по мне хотя бы попасть! — фыркнул презрительно Честер.

После чего, оглянувшись назад и убедившись, что они отошли достаточно далеко, жестом фокусника извлёк из-за пазухи плоскую медную коробочку, в какие обычно фасовали привезённые из Индии чайные листья.

— Честер! Ты... ты нарочно это всё подстроил?! Чтобы стащить чай? — это нужно было сказать строго и сурово, чтобы он понял, что так поступать нельзя, но вышло едва ли не восторженно.

— Конечно. Ты хотела чай, а этот хмырь отказался его продавать — мол, рожей мы не вышли. А как по мне — мы вполне в состоянии не просто пожелать, но и выпить чаю! Разве нет? — парень буквально искрился довольством от удачно провёрнутой шутки, и Агнесса поняла, что совершенно не может на него сердиться.

— Всё равно, воровать нельзя, — заключила она, старательно нахмурившись.

— В целом, да. Но если воровать хорошо и со знанием дела — то очень даже можно! — с Честером было совершенно невозможно спорить.

Своей безмятежностью он словно щитом отражал любые упрёки. Девушка, покачав головой, спрятала коробку с чаем в корзину и с лёгким прищуром посмотрела на небо, выискивая среди сумрачных облаков светлое пятнышко солнца.

— Да-да, сестрёнка, нам надо бы поспешить. Вещи разложить, устроиться в каюте, чтобы не слишком укачивало, — правильно расценив взгляд, поторопил её Честер и сам пошёл к причалам.

Там постепенно становилось люднее, отовсюду слышались ленивые перекрикивания, команды и ругань. Кто-то клял погоду, кто-то чаек, кому-то житья не давала береговая охрана, а у кого-то, судя по жалобам, выдалась нелёгкая ночь.

На Агнессу с Честером внимания особо не обращали — так, окликнули пару раз и только. Девушка старалась не поднимать взгляда от земли, да и, с её точки зрения, это было бы крайне опрометчиво — поскользнуться в грязи или на какой-нибудь доске здесь было плёвым делом. А она и так уже успела перепачкать одежду — юбку-то наверняка придётся застирывать в каком-нибудь водоёме по пути в Пэйлвуд.