Невеста речного хозяина

Где-то в углу запел сверчок, на чердаке закопошились мыши. Для ворожеи новый день настал. Умывшись дождевой водой из деревянной кадки, она вернулась в избу, распустила волосы и стала разводить Живой Огонь. Скоро Семик, а значит вот-вот Боги нашепчут имя новой избранной. Или обреченной, как Веда называла их про себя. Все они были разные, но в миг, когда их судьба была предрешена, выглядели одинаково. На лице гордость и превосходство, а глаза - пустые. И каждую было жаль. Ведь могли бы замуж выйти не за Речника, а за обычного мужика.

Нарожать ему детей мал-мала, латать ему портки, варить щи. Смотреть, как растут и вырастают детки, как улетают из родимого гнездышка. Покинуть этот мир старой и немощной, когда придет срок, и разделить стол с давно умершими предками, там, за чертой. Но нет. Болтаться им между мирами в холодной мутной воде, чесать зеленую бороду Речному хозяину, вычищать песок из его чешуи и с годами превратиться в речную тину или ил. Жалко, ой как жалко. Но от судьбы не уйти, Богам перечить нельзя.

Как только Живой Огонь разгорелся, ворожея поставила на него ковш с ключевой водой, бросила в него серебряное кольцо и прошептала:

- Ворожить не колдовать –

О тебе хочу узнать.

Мне Невесту покажи,

Обо всём мне расскажи, - и стала всматриваться.

Иногда Невеста показывается за долго, а иногда только в самый Семик. Вот и в этот раз уже которую ночь по воде только рябь ходит. До желтых кругов перед глазами смотрела Веда, боясь моргнуть и проглядеть. Но Боги молчали, и вода в ковше была прозрачной и пустой.

- Значит, еще не решили, - подумала она.

Но только взялась прихваткой за ковш, чтобы снять его с огня, вода забурлила, пошла пузырями, а в обрамлении кольца показалось знакомое лицо. Увидела его ворожея, да так и охнула, выронила ковш, расплескала горячую воду. Не иначе, Боги смеются над ней.

- Только не она, пусть я ошиблась! - шептала Веда, спеша повторить ритуал.

Но и в этот раз, как забурлила вода в ковше, из каймы серебряного кольца, хмурясь, на нее смотрело юное лицо, обезображенное большим родимым пятном.

Глава 5. Гневка

Гневка

Как и многие разы прежде, солнце застало ее над городскими воротами, на смотровой вышке. Дозорные уже привыкли к тому, что каждый раз, еще затемно, она взбирается к ним, чтобы посмотреть, как батюшка Даждьбог появляется на своих огненных жеребцах из-за темной полосы горизонта, принося с собой свет и тепло. Поначалу гневались, не пускали. Не дело девке по оградам лазать.