Атлантида Сумрачного Солнца: Мир Грапы

Таким образом немного успокоившись и отведя душу в своем любимом, но чрезвычайно редком из-за высокой дороговизны контрабандных патронов, занятии, Бартоломе решил таки пораскинуть мозгами на предмет того, кто же мог его так цинично предать и куда в итоге мог подеваться весьма экзотичный для данных мест тлакотли Цул?

Его подозрение сразу же пало на деревенского кузнеца Хиесуса Ээуэтеотля, который был не только единственным человеком, кто кроме самого энкомендеро знал дорогу к секретной плантации коки, но ещё и был в курсе того, что данное предприятие Бартоломе Моралеса сугубо незаконно и тщательно скрывается последним как от местных властей, так и от гуеррерос самого барона.

С этими мыслями и снова с полным барабаном патронов в «Миротворце» энкомендеро не только вернулся в Уэи Шоконочко, но ещё и без всякого предупреждения и, яростно сверкая глазами, сражу же вломился в скромное холостяцкое боио деревенского кузнеца.

Хозяин боио Хиесус Ээуэтеотль, традиционно для деревенского образа жизни и ночного времени суток, был мертвецки пьян и встретил появление в его жилище разъяренного суверена-энкомендеро лишь громким, ритмично пронзительным и переливистым, храпом и смрадно-густым, наподобие липкого тумана, перегаром убийственной смеси из не слишком качественного мескаля, давным-давно скисшего октли[8] и сногсшибательных наркотических паров-взвеси кокаинового порошка.

Даже пара громоподобных выстрелов из револьвера Бартоломе Моралеса прямо над ухом кузнеца так и не смогли его разбудить и привести в чувства.

Бартоломе Моралесу ничего не оставалось делать, кроме как сходить за ведром холодной воды и щедро окатить ею бездыханную, смачно посапывавшую в «благочестивом» пьяном угаре, «тушку» Хиесуса Ээуэтеотля.

Только после этого кузнец, наконец, проявил признаки жизни, неуклюже, подобно бревну-кругляку, скатился со своего ложа и, отчаянно чертыхаясь и отряхиваясь от воды как собака, забубнил нечто невразумительное себе под нос.

— Ну и куда подевался мой грапендеро Цул, мой любезный Хиесус? – не дожидаясь, пока кузнец окончательно очухается, насел на него Бартоломе, приседая на корточки и демонстративно помахивая ещё дымящимся стволом револьвера прямо перед носом ацтека. – Ведь ты единственный из всей этой деревни и её округи, кто знает дорогу к моей кокаиновой плантации!..