Тайна генерала Каппеля

И все закончилось не просто плачевно, это можно было бы пережить, а полным крахом!

Казаки разбиты партизанами у деревни Окино‑Ключи и поспешно отошли в Монголию, бросив родные станицы по Джиде. «Нерчинцы» сразу дезертировали и удрали к партизанам. Семь сотен чахар взбунтовались, отказались выполнять приказы. Вероломно напав, эти азиаты изрубили две сотни русских сослуживцев у Гусиного озера. Несчастного генерала и два десятка офицеров чахары живыми вморозили в озерный лед и тоже ушли в Монголию. Позабавились, азиаты чертовы, запугать, вероятно, решили – тут Семенов прекрасно осознал, почему барон Унгерн держит своих баргутов в ежовых рукавицах, и в его дивизии случаи, подобные произошедшему с несчастным Левицким, просто невозможны.

Спастись удалось лишь отряду полковника Иеропеса – он, окруженный со всех сторон воодушевленными повстанцами, число которых умножилось чрезвычайно, сумел отбиться и поспешно отступил назад к Петровскому заводу, понеся большие потери.

Теперь все восточное Прибайкалье и долина Селенги у красных, гарнизоны Верхнеудинска и станции Мысовой на берегу озера еще держатся, и то только с помощью японцев, но уже ясно, что скоро придется убирать оттуда войска.

Послать помощь невозможно, но даже если и были бы резервы, то они нужны в противоположном направлении. В восточной части области партизаны усилились неимоверно – большинство казаков третьего и четвертого отделов массово «краснеют», повстанцы повсеместно занимают села и станицы, скоро нужно ожидать штурма города Сретенска.

– У победителей завсегда силы прибывают, – Семенов хрипло засмеялся – его войска таяли, как весенний лед, и никакие репрессии или уговоры подействовать не могли. Адмирал Колчак, 4 января 1920 года последним указом назначив его своим преемником, присвоив чин генерал‑лейтенанта, оставил ему дурное наследство – белая государственность обрушилась карточным домиком.

Григорий Михайлович тяжело вздохнул – декабрьское выступление эсеров в Красноярске погубило армии главкома Каппеля, вряд ли удалось прорваться многим, но последний удар нанес Политцентр в Иркутске.

Нет, он сделал все, что мог, бросил все резервы, что наскреб в те суматошные дни, – бронепоезда и «манчжурцев», отправил своего заместителя генерал‑майора Скипетрова, но словно злой рок преследует его этот месяц, сведя на нет все титанические усилия.

Наступление на Глазково провалилось, хотя сотне солдат удалось прорваться в город. А дальше вмешались интервенты, заставив семеновские части отступить.