Я буду любить тебя всегда

Приближаясь, она услышала знакомый смех дочери и грубый голос Сергея:

– Надька, хватит ломаться. Мы же не первый раз с тобой встречаемся, а ты все еще корчишь из себя недотрогу. Ты любишь меня?

– Сережа, ты же знаешь, что люблю, – хихикая, отвечала Надя.

– Ты мне тоже нравишься. Пора нам с тобой закрепить наши отношения, – голос Сергея был грубым, но интонация нежная, он явно чего-то добивался от девушки. – Ну не ломайся, а то я уже себя не сдерживаю, ты и так долго меня мучила, – парень стал целовать девушку в щеки, затем в шею, чтобы она расслабилась и потеряла контроль над ситуацией.

Спускаясь ниже, он расстегивал одну пуговку Надиного халата за другой.

– Стыдно-то как, Сережа, – прошептала девушка. Ей нравились эти ласки, но она все же боялась переступить порог дозволенного.

– Значит, ты меня не любишь, – упрекал Надю юноша, – я ведь не каменный, а живой человек. Или ты себя для кого-то другого бережешь? – он пытался обвинить девушку в неискренности своих чувств, надеясь, что это подтолкнет ее сегодня же ему отдаться.

– Что ты, Сереженька. Я только тебя люблю, – уверяла своего парня Надежда.

Услышав слова признания, юноша тут же продолжил свои ласки в надежде сломать неприступность девушки. Парень он был горячий, кровь в нем закипала, а его плоть напряглась и приносила ему страдания и муки. Вот почему для себя он решил, что их близость произойдет сегодня или ее вообще никогда не будет. Лучше он найдет девчонку более сговорчивую и податливую для своих утех, чем так страдать при каждой встрече.

Но Надя ему тем и нравилась, что она была стеснительна и недоступна. Она как запретный плод манила его и лишала рассудка.

– Надя, не бойся, – он хотел, чтобы девушка сама ему отдалась, по собственной воле, оттого-то продолжал ласкать и уговаривать ее, – ты такая красивая. Ну не сжимай ноги, раздвинь их.

– Не смей! – что есть мочи заорала мать, услышав эти слова и подбегая к стогу сена.

 – Не смей! – повторила она. – Ах вы – паскудники, – и, сорвав с себя платок, женщина принялась лупить обоих этим же платком, больше у нее под рукой ничего не оказалось.

Сергей, натягивая на ходу свои штаны, вырвался из-под ударов Марии Петровны, вскочил на свой мотоцикл и умчался, оставив девушку наедине с ее матерью. Надежда, потупив взор и не глядя на мать, старалась застегнуть пуговки халата, которые уже успел расстегнуть Сергей.