Каспар и Джесс

Еще не веря в свое счастливое спасение, Джесс кинулась к пещере — мелкой перепуганной рыбешкой, по самому дну.

Сперва неуверенно: вокруг не было ни единого ориентира, но рука попала в чуть более быстрый ток воды, его движение имело свой оттенок, и Джесс поняла, что уже его пересекала. Тело само изменило направление, и через несколько ярдов ее накрыло еще одно узнавание. Как Гретель, идущая по хлебным крошкам, Джесс перебирала нити подводных течений, нисходящих и восходящих потоков. Многие из них были так слабы и настолько медленны, что ни одно человеческое тело не могло бы их ощутить, но она читала их на лету, вспоминала порядок и углы, под которыми проносилась сквозь них.

Джесс влетела в пещеру, заметалась по ней, не зная, что делать дальше. Зев был слишком велик. Голова великана и плечо с рукой легко пролезут, и он достанет до любого уголка. Под дальней стеной лежал большой камень, за ним и нашел ее, сжавшуюся в дрожащий комок, Кàспар.

* * *

Хозяин возвращался в свою пещеру от берега и был расстроен и задумчив. Он не мерил время и не запоминал, сколько дней, месяцев и лет прошло. Когда-то он плавал в океане вместе со своими охотниками, выбирался на берег, опустошал рыбацкие стоянки, но когда это было в последний раз? Нет ничего бесполезнее, чем отмерять время, когда ты вечен. Запомнил в последний раз лишь деревянный кораблик с нелепо раздутой кормой и перекрещенными крестами на флаге. Его заметили, дали залп.

Выходить на поверхность Хозяин не любил. Там был его соперник — трусливый бог этих слабых и медленных человечков. О том, что он и сам когда-то был одним из них, Хозяин уже забыл. Верхний бог никогда не показывался, человечков своих защитить не пытался, но Хозяин всей кожей ощущал его ревнивое внимание.

Последнее время Хозяина охватила апатия. Яма с жалкими обрубками перестала развлекать. Свежую еду ему приносили исправно, она приятно вопила от боли, пока он медленно и со знанием дела ее ел. Охотники совершали проступки, реальные и мнимые. Их плоть была особым лакомством. После каждой экзекуции Хозяин долгие часы лежал в своей пещере, наслаждаясь послевкусием, а очередной безрукий и безногий обрубок отправлялся в яму.