Картины забытой вечности

На всё воля речных богов.

Эта мысль заставила меня вынырнуть из бесполезных мечтаний о поджаренной на костре рыбке. Боги. Не дано нам, обычным людям, понять их волю. Но ведь волхвы способны слышать богов и доносить наши просьбы до невероятных высот небесных и в самые непроглядные глубины подземные. Я не волхв, а всего лишь голодная девушка, но боги должны услышать мои молитвы и песни. Они обязаны! Но всё же Перун, которому я возносила мольбы в первый день заключения, не отозвался. Может быть из-за того, что не было грозы? В грядущие дни я шептала слова восхваляющих песен Даждьбогу, Мокоши, Хорсу и даже злокозненному Велесу.

Благо воды мне давали в избытке, и горло не пересыхало от столь долгих молитв. Но никто не отозвался. Лишь тихо шуршали мыши в дальнем углу, да первые пару дней громко урчал мой живот. Кому же молиться сегодня?

Внезапно я вспомнила одно странное слово. Оно прозвучало чужеродно и грубо, словно бы хлебное семя упало не в распаханную землю, а отскочило от глыбы серого камня, который так никто и не смог сдвинуть с поля.

Смешные сравнения приходят мне в голову на пустой желудок – сплошь и рядом еда. Ах да, слово…

В нашу деревню однажды явился воин. Он пришёл с миром, не стал поднимать на нас топор, хоть и мог бы с легкостью забрать наше добро силой, но вместо этого заплатил звонкой монетой, на которую отец позже купил невиданное чудо – слюду. Этого воина путь вёл в Городище из самых южных краёв, что, как помнится, зовутся Царьградом. Он так красочно расписал нам то неведомое поселение, что я видела перед собой и белоснежные стены, и каменные дороги, а под конец даже смогла представить огромную лодку, что несёт сотни людей по бескрайней воде, остро пахнущей солью.

Люди в тех краях верят в Единого Бога, так сказал нам воин. Мы посмеялись. И тут он произнёс те самые слова, которые почему то вспомнила я именно сегодня, в этой тёмной развалюхе.

Не только о Едином говорят в Царьграде. Есть многоглазые ангелы, кровавые демоны, а ещё есть древние птицы, что летают над миром.

Их лица всегда направлены на нас, на людей. Они могут противиться даже воле божьей, но на самомделе это не птицы, но прекрасные девы с крыльями вместо рук. Всего не смогу припомнить, но легенду о Гамаюн расскажу.

Несчётные века назад, ещё до того мига, когда первый человек появился из праха, не было никого, кроме пустой земли, да Бога, что создал её, да птицы Гамаюн, что летала над пустотой, проливая свои слёзы уже тогда, на заре мира.