Золотое правило

Он перестал понимать, что происходит и просто решил подавать признаки жизни. Чтобы самому не забыть, что еще живой.

Эмрис оглянулся на него с пониманием: он тоже оказался не в состоянии уложить в голове еще и эту новость.

— Известно, как? — пробормотал барон вполголоса.

Дайрсгау покачал головой.

— Весть доставили во дворец вчера вечером. У ее светлости и без того выдался тяжелый день, так что ей пока не сообщили. Но совсем скоро она узнает и помчится в Греймхау. И ваша судьба, барон Редвуд и Эдуа, ей станет до задницы.

— Пока я не нарисуюсь у нее перед носом!

— Вы нарисуетесь в числе прочих. Поверьте, многие поедут не только высказать соболезнования, но и поприветствовать новую герцогиню. Найдите способ украсть у ее светлости минуту и сообщите о Висенте, северном олене и, главное, о борделе «Высокие стволы».

Эмрис был не в состоянии оценивать ситуацию. Глубоко внутри него билась мысль, что, пожалуй, на это Дайрсгау сейчас и ставит, но анализировать или прислушиваться к ней не было сил.

— Согласен, — кивнул он.

— Отлично. Надеюсь, не стоит уточнять, что если в этом разговоре мелькнет мое имя, то я запру вас в этой камере с такой же легкостью, с какой позволил выйти.

— Так вы отпускаете нас?! — Крейг вычленил главное и стремительно воодушевился.

— Я? Крейг, родной, — соловьем протянул Эйвар, — как я могу. Но, кажется, я кое-что обронил. — Советник достал из-за пояса массивный ключ, продвинул по столу и столкнул в основание камерной решетки.

— Побег?! Да нас будут искать по всей столице! По всей Деорсе! Вы с ума сошли?!

Эйвар потряс указательным пальцем:

— Ей-богу, ее светлость права: вы очень вспыльчивы, что нехарактерно для наемника.

— Это как посмотреть, если вспомнить, что почти каждый, кого я встречал, пытался нагреть меня или убить, как только мы выполним работу. Так что реагировать приходилось быстро и решительно.

Эйвар, являя чудеса терпимости, улыбнулся и кивнул:

— Не станет вас никто преследовать.

Эмрис все еще сомневался, так что Дайрсгау вздохнул, вставая из-за стола:

— Не буду на вас давить, барон. Но просто подумайте, что, будь у меня такой интерес, я мог бы банально вас казнить, как и настаивала ее светлость. А я тут распинаюсь с шансами. Стража будет возле пыточной еще полчаса. Надумаете уходить, уходите.