Бремя силы

- Что это значит? Думаешь сейчас есть время для загадок?

- Во тьме ночной, сквозь зов лесной. В облаке сна, словно при свете дня. Пасть гиены огненной отвори, войди под визги ада, и забери отраду.

Старик становится бестелесным, сливается с окружающей нереальностью. Чем дольше я медлил, тем сложнее это становилось различить.

- Сколько у меня времени? - крикнул я в последние секунды, но его образ растворился в холодном пространстве.

- Две ночи, до зова первых петухов, - голос звучал одновременно везде, сверху, сзади, по сторонам и доносился, словно издалека, но был хорошо слышен.

Когда эхо утихло, я стал засыпать.

Глава 20

Ругань. О чем-то спорят, слов не могу разобрать. Проснувшись, вижу Миколу и его жену. Они обратили внимания на меня.

- Выйди, - говорит Микола, - с глазу на глаз поговорить нужно.

Маруся покорно вышла, оставив нас наедине. Микола подошел, выражение его лица не сулило ничего хорошего. Он недовольно покачал головой и спросил:

- Где Маша?

- А сам не знаешь? - возмутился я.

- Кто, как не староста должен знать о готовящейся засаде?

- Как? Засада? - неподдельно удивился Микола. - Что это ты, думаешь я, уважаемый мужик на селе, буду против кого подлость всякую замышлять? Да пусть мне ногу отрежут, коль погублю кого.

- Ты не знал, что Маша мне готовила?

- Хватит тянуть быка за рога, говори, что стряслось? Где вас носило? И почему тебя наш купец привез всего измученного?

- Маша убить меня задумала. Сговорилась с водяным, привела меня к нему, да рука не поднялась.

Заклятием усыпила меня, но потом передумала, а водяной в это время свои заговоры плел. Велел русалкам книгу быстро забрать, чтобы Маша колдовать не могла, и очаровывать ее стал, чтобы тоже русалкой обратить. Когда увидел, что и я живой, давай в меня свое колдовство впихивать. Так бы и померли вдвоем, и отправились служить духу, если бы меня мавки не спасли.

- А мавки, то, с какого перепугу тебя спасать пришли?

- Это другая история. Лучше скажи, не знаешь ли ты, как в колдунов обращают? Мне Маша рассказывала, да, забыл.

- Да откуда ж мне, простому мужику, в делах ведьмарских разбираться? - Микола постоял, подумал, а потом продолжил. - Помню, как Маньку в колдуны посвящали. Таврисия запретила всем тогда из хат своих выходить, но той ночью никто уснуть не мог, такой крик стоял. И не человеческий, понимаешь? А на утро в баню хотел сходить, помыться, а в той так душно, словно бесы там парятся, а им все мало, и они поддают и поддают жара.