Грэхард

Конечно, никто не догадался ни убедиться, что Грэхард не работает с мокрой головой под открытом окном, ни заставить его вовремя надевать носки, ни подносить в должный час кислый витаминный настой…

Владыке пришлось поумерить личный пыл, и, не занятый более непосредственно лютованием, он остался полностью беззащитен перед своими мыслями и страхами.

Главный, мучительный, бесконечный, чёрный страх, который теперь отравлял всё его существование, заключался в мысли, что Дерек, возможно, мёртв.

Этот разъедающий сердце страх лишил владыку остатков здравого смысла; он орал на каждого, кто появлялся в поле его зрения, громил интерьер собственных покоев и подписывал приказы, позволяющие допросы с пристрастием, десятками.

Отсутствие трупа, конечно, чуточку притупляло страх; но Грэхард начал предполагать, что Дерека выкрали хорошо подготовившиеся враги, и теперь нагнетают, собираясь выдать какой-то совершенно унизительный ультиматум.

Грэхард был готов выполнить любые условия – лишь бы получить назад Дерека живым и здоровым.

У него хватало людей, ненавидящих его самым лютым образом; но кто из них мог бы выкрасть Дерека из хорошо защищённой Цитадели?

Грэхард подозревал каждого; в особенности – членов совета. Совершенно неясно, как бы они могли вытащить Дерека наружу мимо стражи, но у них, во всяком случае, был доступ внутрь Цитадели. Другое дело, что просто схватить советников и бросить их в пыточные было проблематично даже по меркам грозного владыки: знатнейшие ньонские князья, такой беспредел приведёт к бунту оппозиции.

Однако ж, именно враги из княжеского круга оставались теперь единственным вариантом, который сыскари не отработали за неделю тщательных поисков.

Поэтому Грэхард решил начать работу с оппозицией – благо, в его распоряжении была любимая дочка одного из злейших его врагов.

***

Допрос солнечной совершенно выбил Грэхарда из колеи – если ещё было, куда выбивать.

Ни на секунду не закралась в его голову мысль, что Дерек может уехать сам, по собственной воле, – что Дерек может сбежать! Он рисовал в своём уме самые страшные и маловероятные картины, которые предлагала ему его паранойя, усиленная негативным жизненным опытом, но это!..

«Сбежал!..» – билась железным грохотом в его голове мысль, которую он никак не мог осознать.