Путь домой. Четыре близнеца.

Потрясенный Анри застыл в той позе, в какой его застало это чудо, только голову приподнял да рот приоткрыл от изумления. Френсис растерялся.

— И давно это с тобой? - только и нашёл, что изречь Анри.

— Что? — переспросил Фрэнк, уже начиная осознавать, что случилось нечто из ряда вон выходящее.

— Ты давно так поёшь?!! — Анри выпрямился и теперь пытливо щурился.

— Пою? — Фрэнк почувствовал сильное смущение.

— Да, поёшь! А то чем ты сейчас занимался?

Фрэнк, наконец-то, кивнул:

— А что, плохо?

— Плохо?! Да у тебя, братец, божий дар!!! Голосище! Как тебе до сих пор удавалось скрывать это от меня?! Я тебя спрашиваю!!! Это же потрясающе!!!

В конец смущенный Фрэнк вдруг увидел, как шляпа Анри преспокойно намеревается скрыться за поворотом, и схватился за это открытие, как утопающий за соломинку.

— Стоят ли твои излияния твоей шляпы? - и Френсис указал на беглянку.

— Стой! – тут же закричал на неё Анри, но уже в следующий миг, справедливо полагая, что та вряд ли откликнется, бросился следом.

А Френсис от души рассмеялся.

* * *

К ночи того же дня они добрались до Рунда, тем самым проделав путь, на который при других обстоятельствах могли бы затратить чуть больше четырех часов. Но им и правда не очень-то хотелось спешить.

Город встретил поздних гостей неприветливо: городские ворота закрылись сразу за их спинами, улицы пустынны, окна темны, деваться некуда. Через полчаса блуждания по городу, который с хмурым безразличием погружался в вязкие сумерки, Френсис и Анри добрались до центра, но так и не встретили ни одной заслуживающей их внимания гостиницы или трактира.

— Что за напасть? - вскипел Анри, - Кто бы мне сказал раньше, что Рунд такой гнилой городишко! Если так пойдёт и дальше, нам придётся проститься с мечтами о свете, еде и постели, и подыскать какую-нибудь мало-мальски чистую и сухую подворотню. Как знать, может быть, здесь даже это найти непросто!

— Не спеши драматизировать, - улыбнулся в ответ Френсис, - В худшем случае, вернёмся к городским воротам. Помнишь, там есть довольно приличный постоялый двор.

Что ж, Анри согласно кивнул. Пара другая переходов по узким переулкам, и через несколько минут их вынесло, по-видимому, на главную улицу города, а на ней к трактиру, двери которого были призывно распахнуты и изливали в предночной мрак потоки света и божественно аппетитных запахов.