Путь домой. Четыре близнеца.

Что ж, несчастный хозяин кивнул и даже попытался улыбнуться:

— Как вам будет угодно, сударь, — и, уже обращаясь к Раю, начал свой рассказ, — Судно этих прохвостов стоит в доке, вот они и шатаются без дела. Сегодня день ангела одного из них, короче, нашли повод выпить. И где!? У меня!.. Несколько часов они опустошали мои запасы, и я понял, что чем дальше, тем меньше шансов, что они соизволят заплатить. Тогда я уже в который раз напомнил им о деньгах, — несчастный смачно шмыгнул носом, - «Успокойся, Рене» - сказал мне виновник торжества, - «За нас заплатят вон те господа».

И он указал на вас, господин, и вашего друга.

— Прошу, подробней, — напомнил Рай, — Как выглядели, о чем говорили мой племянник и его друг?

— В каком это смысле!? - изумился хозяин и вновь развернулся к Антуану в поисках поддержки или разрешения.

— Сделай как тебя просят, — великодушно кивнул юноша.

— Ну... Как выглядели? Ну, один... это вы, сударь. Имени вашего не знаю, посетители мне не представляются. Ну, одеты вы были иначе..

.

— Да? — якобы удивился Рай. — И как же?

— Я особо не рассматривал, но, кажется, во всём чёрном, или тёмном, только рубашка белая. Ваш друг тоже, как-то также...

— Опиши этого друга подробнее, — Рай не позволил хозяину вновь обратиться к Антуану.

— Это был молодой дворянин с очень приятной внешностью, возможно южанин... Такие как он и ваш племянник, господин, редко заходят ко мне. Ну, как его описать? Волосы чёрные... — и хозяин крепко задумался. Скоро стало ясно, что эта задача ему не по силам, — Ну как бы я, господин, описал вашего племянника? Ни тебе шрамов, ни увечий.

..

— Ладно, — сжалился Рай, — А о чём они говорили?

— Простите, но они говорили на брианском, я ничего не понял.

— Ясно… Продолжай, что было дальше? – Рай буквально сгорал от нетерпения.

— Так я и говорю. Этот пьянчуга Жак сказал, что эти господа выпьют за его здоровье и заплатят. Он встал и под одобрительный вой собутыльников поднёс господам две чарки вина. Те не сразу поняли, о чём идёт речь, но потом вежливо отказались и встали… они уже собирались уйти.

Вы, сударь, — хозяин обратился к Антуану, — Вы подозвали меня, чтобы заплатить за еду, но Жак не унимался. Он прижал вашу, сударь, руку с кошельком к столу и, свирепо выкатив глаза, закричал: «Нет, ты выпьешь за моё здоровье! И заплатишь за нас за всех!» Вы, помню, усмехнулись, а я, кажется, позеленел от страха. Лучше бы вы уступили ему! Ой! Умоляю, простите!!! Я не то хотел сказать!!! Это всё мой язык неладный...