Встреча на охоте

Доктор помрачнел.

— Я не о симптомах инфлюэнции. Тут немного другое. А что у вас в руках?

Он протянул ей ткань, оказавшуюся платком.

— Что вам напоминает этот запах?

Катлин подержала платок у своего носа и задумалась.

— Когда няня пекла пряники или отец варил кофе, они жгли сахар.

— Точно! — сказал задумчиво доктор.

Он встряхнул в воздухе платок и с него полетела серая пыль, похожая на пепел. В потоке света, идущего из окна, будто бы закружились снежинки.

— Удивительно! Впрочем, давайте разберёмся с вами.

Ничего вразумительного Аллан Спенсер в тот день не поведал своей пациентке. Осторожно подбирая слова, он пояснил, что видел такой набор симптомов примерно у каждой второй девицы и до замужества исправить положение не удастся, а дальше всё пройдёт само собой. Он пообещал заказать для неё успокоительные капли и на этом разговор был окончен.

"Что же меня так тревожит? Как будто есть подвох в происходящем вокруг. Мы с тётей спасены, окружены приятными людьми, находимся в безопасности и посвящаем свои дни развлечениям, но я чувствую.

Тем временем в оранжерее расцвёл миндаль. Он превратился в пышный куст почти без листьев, но с нежнейшими бело-розовыми цветами. Рэд кружил возле него словно шмель, ломал пастельные мелки и истязал Катлин, которой приходилось стоять в одной позе по многу времени.

— Скоро я уезжаю. Вот вам мой презент на память, — сказал он с тоской и протянул ей маленький милый этюд.

Рэд устроил прощальный вечер, на котором крепко выпил, даже крепче обычного. Оллфорд и Кэри всё время были рядом, слушая его бесконечные истории, и клялись заехать погостить в его домик в горах, где всё уже готово для переезда. Катлин и баронесса делали вид, что болтают, на самом же деле, подслушивали разговоры.

— Рэд, так за какие грехи тебя посадили в тюрьму? , — спросил полковник.

— В тюрьму! Вот это да! — вклинился в разговор старый генерал.

Офицер, хохотнув, ответил:

— Помнишь, как мы отступали через уездный городок? Здорово нас тогда потрепали. Горожане побросали свои вещички в экипажи и стали тоже сбегать, увидев нас. Я был ранен, оборван, кое-как умылся из фляги. На меня даже в лавках смотрели как на пустое место. Брали деньги, кривили рожи.