Трон Знания. Книга 1

— Шесть действующих и два закрытых, в аварийном состоянии, — уточнила Малика.

Адэр вздёрнул брови:

— В документах про них ни слова. А это значит, что вся прибыль с неизвестных Тезару приисков моя.

— А это законно? — засомневался Вилар.

— В договоре с Тезаром значится шесть приисков. Шесть! А не восемь.

— Понятно… На их ремонт нужны деньги.

— Не больше, чем на строительство дорог. — Адэр вскочил, сделал круг по комнате. — Я сам поеду и сам всё проверю.

— Ну нет! — воскликнул Вилар. — Прииски того не стоят.

Адэр кивком указал на Малику:

— Посмотри на неё и посмотри на себя. Это стоило того или нет?

Если начались оскорбления, пора уходить. Она поднялась:

— Можно мне уйти?

— Ты едешь со мной.

— Я?.. Я не могу.

— Разве я спросил?

Малика с мольбой посмотрела на Вилара.

— Надо отправить посыльного с сообщением о вашем приезде, — сказал он.

Малика приоткрыла рот. Она надеялась, что маркиз будет стоять на своём и отговорит правителя от поездки или попросит подождать и отправиться на прииски вместе, когда Вилар окончательно выздоровеет.

— Если вы за две недели перевернули замок, представляю, как там подготовятся к встрече. Едем завтра, — произнёс Адэр и обратился к Малике: — Хватит пялиться на маркиза. Лучше принеси из моего кабинета карту.

Она выскочила из комнаты. Пока бежала в кабинет и обратно, шептала: «Только не с ним. Только не с ним». Вернувшись в спальню, вручила Адэру старую, истёртую до прозрачности карту.

Он разложил её поверх одеяла. Скользя по расчерченному полю пальцем, объяснял маркизу:

— Прииски обозначены крестиками. Видишь? Шесть. Не так далеко от замка. — Глянул на Малику: — Где ещё два?

— Не помню.

— Но они точно есть?

— Точно! Помощники наместника обсуждали смету ремонта, потом отложили вопрос до весны, а потом наместник умер.

— Давно это было?

— Давно. Пять или семь лет назад. Если надо, я поищу в архиве протоколы собраний.

Адэр свёл брови, прикидывая в уме, сколько бумаг скопилось за эти годы.

— Начальников расспросим. — И склонился над картой.

Адэр и Вилар рассчитывали расстояние и время, спорили о необходимости проверки всех приисков, а Малика уныло думала о предстоящем разговоре с Муном.

Они редко покидали стены замка: если старик сильно болел или когда новый наместник решал их дальнейшую судьбу. Они приходили в свой дом, Мун запрещал ей показываться на людях, и Малика смотрела на жизнь из окна.