Трон Знания. Книга 1

Завтра я отправлю заключение к вам в замок.

— Нет, маркиз! Вы осмотрите девушку здесь и сейчас. И сразу дадите мне заключение.

— Я провожу вскрытие в морге.

— Никаких вскрытий, только осмотр.

— Вы хотите забрать тело?

— Да.

Ярис поднялся из-за стола:

— В таком случае я провожу вас в комнату ожидания.

— Маркиз Ларе! Не теряйте время, — произнёс Адэр и повернулся вместе с креслом спиной к кушетке.

Послышалось дребезжание стекла в дверце шкафчика, звук разрываемой бумаги, хлопки резиновых перчаток, шуршание дерюги.

— Вам лучше не видеть, — сказал маркиз надломленным голосом. — Не надо смотреть.

Адэр вжался в кресло:

— Что там, маркиз?

— Значит, это Малика.

— Да.

Казалось, что невнятное бормотание, сопровождаемое шаркающими шагами и скрипом кушетки, никогда не прекратится.

— Не молчите, маркиз!

— Она умерла, вероятнее всего, от кровоизлияния в мозг. Без вскрытия невозможно установить точную причину смерти.

— Когда… — Адэр с трудом протолкнул комок в горле.

— Не более двух часов назад. Плюс-минус полчаса. Нет трупных пятен, и тело ещё не окоченело.

Адэр стиснул подлокотники кресла. Он нёс Малику, когда она была ещё жива. Он хотел бросить её возле Великкамня, когда она ещё дышала. Он вёз её в машине и не знал, что она умирает! Быть может, она умерла, когда он пил вино.

Вновь прозвучали хлопки перчаток, в умывальник ударила струя воды.

Ярис положил на стол очки. Вытирая салфеткой лицо, сел напротив Адэра:

— В такую жару нельзя вести труп в машине.

— Оставьте меня.

Ярис понимающе кивнул:

— Я распоряжусь насчёт ванны и подберу вам одежду.

Маркиз пошелестел за спиной Адэра тканью и удалился. Прошло несколько минут, пока Адэр заставил себя подняться с кресла. Ещё несколько минут заставлял себя повернуться к кушетке. Тело Малики было накрыто простынёй, и если бы не пятна крови на ткани, то можно было решить, что девушка спит, укрывшись с головой.

Адэр потёр лоб. Где найти в себе силы перешагнуть этот день? Скорбное событие, произошедшее по его вине, не должно омрачать его путь к вершине славы.

Похороны матери канули в небытие — в памяти годовалого ребёнка и горе, и радость не оставляют следа. Во всех траурных процессиях Адэр плёлся за широкой спиной Великого и при первой же возможности незаметно уходил.