Трон Знания. Книга 1

Оса похрустел пальцами, приблизился с показной бравадой. Растянув рот в ехидном оскале, так и замер, приоткрыв изреженный ряд жёлтых зубов.

— Не смотрите ей в глаза! — гаркнул человек в плаще. Подскочил к Осе и оттолкнул его в сторону. — Не смотри ей в глаза!

Слишком неожиданным и сильным был удар в лицо. Всхлипнув, Малика отлетела назад, затылком впечаталась в стену и сползла на пол. В ушах загудело.

«Твою мать…» — «Какого хрена…» — «Бурнус! Совсем сдурел?»

— Это моруна, — произнёс человек в плаще и опустился перед Маликой на корточки.

— Брось, — насмешливо проскрипел Оса. — Моруны все сдохли.

Бурнус скинул капюшон и открыл взору Малики смоляные волосы, правильное, с тонкими строгими линиями лицо и серые, как сталь, глаза. Перед ней сидел ветон — представитель древнего народа.

— Хотела обуть нас на обе ноги? Не выйдет, — процедил он сквозь зубы и бросил через плечо: — Такая, как она, свела моего прадеда в могилу.

— Хватит лясы точить, — возмутился прыщавый голодранец. — Хочешь быть первым — давай.

— Стадо идиотов, — прошептал Бурнус и поднялся. — Моруны превращают мужиков в рабов. Вы хотите стать её рабами?

Бандиты переглянулись.

— Сказки всё это, — отозвался Жердяй. — Не встаёт на девку, отвали.

— Моруну нельзя брать против её желания, — встрял в разговор пижон с платком на шее. — Слышали о проклятии? У того, кто её изнасилует, крыша едет.

— И ты отвали, — выпалил Жердяй.

— И отвалю, — огрызнулся пижон и вышел из лачуги.

— Я слышал, что у морун светлые волосы, — сказал прыщавый голодранец.

— А глаза? — спросил Бурнус.

— Ну, чёрные. И что? — Хлыст пожал тощими плечами. — У нас в Горном баба жила. Глазищи были как два угля. Мужики к ней через одного бегали. И ничего, никто не чокнулся.

— Мужики бегали, а она принимала, — упирался Бурнус. — В проклятии говорится о насильниках.

— Да разве ж баба лежит как стелька, коль не по желанию? — прогнусавил прыщавый.

— И то верно, — согласился Оса. — Девка ждёт, а мы яйца парим.

— Ага, ждёт, когда ты вдуешь, — усмехнулся Бурнус. — Если уж проклинать, то наверняка.

Хлыст навис над Маликой:

— Эй! Шалава! Рассуди нас с братками: ты моруна или нет?

Прыщавый почесал в паху:

— Так она тебе и скажет.

— Брехня всё это, — обозлился Жердяй. — Нет морун и баста! А если у вас кишка тонка, не мешайте. — За лодыжки оттащил Малику от стены. Навалился сверху. — Да что ж ты трясёшься? Неужто под мужиком не была?

Малика запрокинула голову.