Амлет, сын Улава

Поэтому душа запирается целиком, вместе с ней запираются привычки, мысли, страсти и умения, даже внешность! - скальд продолжал, я же внимал оторопело, хотелось прерваться и привести в порядок скачущие мысли, но здесь и сейчас щадить меня никто не собирался.

- Человек, кем бы он ни был, превращается в то, из чего был сделан - заготовку из живой глины, даром, что умеющую ходить и разговаривать. Поэтому они такие одинаковые, здесь, на Полуночи. Где-то в далеких землях полдня, еще южнее диких иберов, где все люди черны, как ночь, болваны таковы - черноволосы, чернокожи, длинноноги.

- Стало быть, первая беда в том, что у таких людей душа есть, но ее, в то же время, и нет. - Снорри Ульварссон дотянулся до кубка, оставшегося почти до краев наполненным, и сделал один, мучительно долгий, глоток. - Вторая же беда, - утер он белые усы тыльной стороной ладони, - в том, что везде за пределами сокрытого острова их, бездушных, положено немедленно убивать.

- Отчего же они такие злые? - решил я задать вопрос, еще один, но не последний.

- Это не злоба, сын Улава, - немедленно ответил скальд. - Не злоба и не зависть: видишь, душа заперта, и как правильно выражать свои чувства, болван просто не знает. Подсмотрел у кого-то, и думает, что так будет правильно. Сам думает и другим рассказал..

- А как же Каин? Он говорил, что был одним из них... - я понимал, что стоит унять любопытство, обдумать услышанное и уже тогда вернуться с вопросами, но натуры своей мне было не унять.

- А он и был. Был, почти пять десятков и еще пять, лет, и помнит каждый день своей не-жизни болвана. Потому и радостен так необычайно: понимает, как ему повезло, и теперь спешит жить!

Чувства смешались, мысли следом за ними, и тут великий скальд нанес что-то навроде последнего удара.

- Главное, не думай, что такая лазейка - стать болваном - есть и у тебя тоже, - построжел сдвинутыми бровями Снорри Ульварссон. - Гальдур твой слишком силен, дух-покровитель излишне любопытен и себе на уме, и это делает тебя и вас обоих слишком опасными! Если ты, как и каждый из болванов, бывших и нынешних, станешь знаться с заемной силой чуждых сущностей... Тебе придется умереть.