Путь домой. Год надежды.

Очень удивлённая Анна невольно обратила взор на мужа, а он-то, он смог заметить, оценить как здесь хорошо?

Нет, вряд ли. Сердитый взгляд маркиза разыскивал трактирщика, который, правда, уже и сам спешил навстречу новым гостям.

— Отменный ужин, две лучшие комнаты для меня и моей жены, и ещё одну для моих лакеев, — отрезал маркиз, оборвав на полуслове приветствие Жерара.

Брови трактирщика чуть приподнялись от удивления, он кинул взгляд на раздосадованную Анну и развёл руками:

— Как пожелаете, господин, всё лучшее и стоить это будет пятьдесят су за обслуживание вас и госпожи, и по десять су за каждого из ваших лакеев и за каждого коня.

— Что?! — маркизу отказался верить своим ушам. Ещё ни разу ни один трактирщик не позволял себе прямо с порога заводить с ним речь об деньгах.

— А что? — казалось, искренне не понял Жерар, — Господина не устраивает цена? Но вы потребовали всё лучшее… Или у вас нет нужной суммы?

— Наглец! Сначала заламываешь несусветную цену, а потом оскорбляешь такими вот предположениями?! – возмущённый маркиз аж побагровел от злости.

— Я только уточнил во избежание возможных недоразумений в будущем. Теперь мне всё ясно. Если вы решили остаться, вот ваш стол. Располагайтесь, - и Жерар в поклоне указал на стол, уже освобождённый для важных гостей.

— Подашь нам ужин прямо в наши комнаты, — маркиза брезгливо сморщился и всем своим видом дал понять, что таким распоряжением делает трактирщику огромное одолжение.

— Но тогда вам придётся есть на полу! — всплеснул руками Жерар, и на лице его читалось искреннее удивление.

— На полу?! Ты сказал на полу?!! – маркиз искренне решил, что ослышался.

— У меня маленькое заведение, и комнатки в нём маленькие. Когда мне пришлось решать задачу, чем занять пространство в них, я решил, что кровати важнее, поэтому столы все здесь. Я был не прав?

— И ты просишь такую цену за такие условия?!

— Вам решать, соглашаться ли, но примите во внимание, что во всей округе это лучшее, что вы можете найти.

Анна поспешила прикрыть рот рукой и так скрыть невольную улыбку: «Ай да умница, этот трактирщик!» Она лукаво подмигнула Жерару и с деланным теплом обратилась к мужу:

— Милый маркиз, неужели из-за какой-то жалкой кучки монет вы согласитесь и дальше мёрзнуть и голодать?!

Маркиз сильно растерялся от такого наглого напора трактирщика и столь редкой нежности жены.