Путь домой. Год надежды.

На крыльце снова появился барон, теперь во всеоружии. Его гвардейцы, отобранные Карлосом двадцать человек, уже тоже были готовы. Жан поцеловал руку Марианны, и уже через миг маленькая армия барона вихрем унеслась прочь.

Марианна в отчаянии поднесла руки к лицу. Федерико не стал ничего говорить, просто по-отечески обнял её за плечи и увлёк внутрь донжона.

* * *

— Отец, он очнулся! — неестественно высоким голоском возвестил гигант в рясе, обладатель удивительно детского лица, при том, что, если судить по его телосложению и прядям седины в волосах, ему должно быть хорошо за тридцать.

— А, наконец-то… Наконец-то… — засуетился отец Доменик, он заметался по комнате, схватил и тут же бросил какую-то бумагу, потом вздумал опоясаться, и, наконец, снова заговорил, — Ты сделал всё как я велел? Он связан?

— Да, отец.

— Хорошо, хорошо… Это надо же как Бруно перестарался, так долго не могли откачать...

— Вы его убьёте, отец?

— Скорее всего... А почему ты спрашиваешь, Дуда?

— Просто его надо убить.

— Так, ты ему уже сказал, где он оказался. Ну и ладно. Пошли.

И Доменик засеменил прочь из комнаты, вниз по лестнице в подземелье, которое было построено в доме священника шесть лет назад, якобы для хранения продуктов. Убогий верзила Дуда не отставал…

Анри, немилосердно помятый, сидел на стуле, к которому был привязан, пожалуй, даже чересчур усердно. Крепкая веревка буквально запеленала его. Он уже окончательно пришёл в себя и должен был с прискорбием признать тот факт, что жизнь его начала стремительный обратный отсчёт.

Пожалуй, комнату, грозящую стать его склепом, можно было бы назвать камерой пыток, иначе зачем здесь собрали такую коллекцию верёвок, цепей, кнутов, металлических прутьев, деревянных колодок и стальных ошейников, даже жаровня нашлась. От одного только вида всех этих нехитрых приспособлений у кого угодно по спине забегали бы мурашки. И хозяином этого гостеприимного местечка был, как Анри уже знал, отец Доменик.

— Так-так, очень хорошо, надёжно, — уже с порога похвалил Доменик работу Дуды, и тот от гордости расплылся в блаженной улыбке.

— Не слишком ли круто, а? Святоша! — поинтересовался Анри, пронзив Доменика гневным взглядом.

— Нет-нет, в самый раз, — Доменик аккуратно прикрыл за собой дверь и подошёл ближе к Анри.