Путь домой. Год надежды.

Гибель Эжена очень состарила его, едва не убила, — и Маги не сдержала печальный вздох.

— Виктор сказал, что это ты его воскресила… — граф мягко улыбнулся девушке.

— Нет, это он сам… Он внушил себе, что Эжен жив, поверил в эту сказку, это ему и помогло.

— Сказку?

Маги подарила графу глубокий печальный взгляд и тихо произнесла:

— Я не помню своих родителей, но зато никогда не забуду, как умирала бабушка. Меня с трудом оторвали от её окоченевшего тела, а потом заперли в комнате, не пустили на похороны, люди побоялись, что я брошусь за ней в могилу.

И вот тогда, оставшись одна, я вдруг услышала её голос: «Не плачь, внучка, я всегда буду с тобой!» Тогда я решила, что бабушка жива...

— А теперь ты так не думаешь?

Маги отрицательно повела головой.

— Почему же? — граф ощутил, как в горле поднимается предательский ком слёз.

— Я слишком часто после того бывала очень одинокой...

Оставлять Маги было очень опасно, потому что и сам граф едва ли не сразу проникся к ней тёплыми родительскими чувствами, и со временем эти чувства только крепли.

Как-то незаметно, исподволь, граф и Рай привязались к этому зеленоглазому чуду, она и забавляла, и восхищала их своим умом, непосредственностью, добротой и.. печалью.

— А что, граф, если мы путешествуем в обществе невесты Виктора? — как-то рискнул пошутить Рай.

Но граф не поддержал этот его тон и ответил более, чем серьёзно:

— Если бы не её происхождение, лучшей невестки я бы не желал…

Вот так, в сплошном замешательстве, порой переходящем в чувство, очень похожее на панику, граф и Рай, в сопровождении Маги, и приехали в Талазу.

— О! Граф! Наконец-то!!! — выпорхнула к ним навстречу баронесса де Пуар, — Как я молила Всевышнего, чтобы вы скорее приехали! Вот уже скоро неделю я просто не знаю, что делать с Арабеллой. А последние два дня — это вообще сплошной кошмар. Она потемнела, словно грозовая туча! Сидела в своей комнате, отказывалась от еды! А сегодня приказала закладывать карету, заявила, что едет в Ротард.

Эти два последних дня были особенно страшны. Она не проронила ни одной слезинки, но, кажется, поседела в двое прежнего.

— Да скажите же толком, что произошло?! — граф схватил баронессу за плечи и даже легонько тряхнул.

— Как что?! Вы не знаете?! — баронесса остолбенела.

— Да! Что?! Я оставил у вас жену около месяца назад, но вы говорите о последней неделе. Что произошло?!

— Так вы приехали задавать вопросы?! — вдруг раздался суровый голос графини де Лаган.