Долгий путь

Мне руку левую молнией спекли до костей, но не убили меня, а живцем отвезли к своему князю.

Князь их был превеликий змеище с синим телом человечьим о трёх головах. Прожёг он мне голову волховством своим в трёх местах, так что я замог разуметь змеиную речь, а они — мою. А прожёгши голову, стал расспрашивать.

Поведал я змеиному князю, откуда я родом, да как сюда попал. Подивился змей и дозволил жить в его земле вольно.

А змеелюди — истинные пекельные жильцы: нет меж них ни мужей, ни жён, семьи не ведают, а в урочные дни блудят меж собой, и от того блуда кладут яйца, числом три.

Слова Божия не знают и поганым языческим истуканам не молятся, но все до единого колдуны: колдовством себе пищу добывают, колдовской силой меж собой тягаются. Кто супротивника убьёт, тому колдовской силы прибудет, а берут они эту силу от косматого синего светила, которое солнцем грех называть.

Как ни бился я, не вызнал, куда нас закинуло. Змеелюди говорили, что есть тут моря и матёрые земли, но живут на них змеиные народы, иные меж собой ратятся колдовского могущества для, а про Господин Великий Новгород, или Киев, или Царьград, про урманов да англян, про арабов или Индию богатую, они слыхом не слыхивали.

А вскоре про меня прослышал чёрный князь, господарь соседнего народа. Пошёл он ратью на синего князя, перебил его народ, меня же полонил и стал допытываться, как попасть из змеиной земли в нашу. Ответил я, что ничего не знаю, а и знал, не сказал бы. Плюнул чёрный князь и решил колдовство творить, чтобы нашу землю повоевать.

Весь свой народ положил на жертвенник, чтобы силы набраться, оставил только дюжину лучших воинов, да меня взял с собой.

Как свершил змеиный князь свой обряд, сверкнула молния, погасло синее светило, и оказался я на берегу реки. Узнал я место: то река Великая, вниз по течению за двадцать вёрст стоит Плесков, Господину Великому Новгороду брат младший.

Сказал я чёрному змею: подожди здесь, а я побегу к своему князю и скажу, чтобы он свой народ тебе привёл. Змеище и поверил, а я прибежал в ближнее село да крикнул людям, чтобы прятались, да в набат били, да гонцов послали в Плесков — потому что идут из реки змеи лютые.

Побили змеиную стаю ратники из огнепальных самострелов. Потом стало мне ведомо, что с нашего похода прошли четыре сотни лет. Уже и огнепальные самострелы придумали, и дикая орда Русь полонила, да отступила, и Господин Великий Новгород с Плесковом — волости Великого князя Владимирского, а Киев-град во владениях ляшского короля.