Сказание о пустыне

– Ты мог взять любую после того, как наступил мир, но не стал…

Внимательный взгляд у старого Джабаля. Прячется в нем мудрость, которая приходит только с возрастом. Не спрашивает он, но ждет. Знает, что нельзя торопить Пустынного Льва. Он говорит только тогда, когда захочет.

– В детстве я часто болел. Однажды мать пригласила звездочета. По дате и времени рождения он мог рассказать все о жизни человека. И мне он предсказал много побед, много славы, и короткую жизнь. Четыре десятка лет, и три из них уже прожиты.

– Звездочет мог ошибиться.

– Мог. Но хотел бы ты оставить своих жен вдовами, а сыновей сиротами?

Молчит дядя, выдыхает ароматный дым, гладит седую бороду. Звездочеты ошибаются редко, а тот, кого пригласила Зейнаб аль-Назир, наверняка являлся лучшим, другого дочь шейха не признавала.

– Так почему же ты решил жениться на той девочке?

Хмурится Пустынный Лев. Темнеет лицом. Не знает ответа. Или впервые в жизни боится?..

…А в день смотрин он встречается с невестой.

Ее мать сидит в стороне с закрытым лицом и, кажется, даже не смотрит в сторону дочери. А она боится поднять на него глаза и в абайе кажется еще меньше и тоньше, чем в прошлый раз.

– Посмотри на меня.

Лев не умеет просить, и с губ срывается приказ. Но девушка поднимает глаза. Светло-карие, но такие чистые, что смотреть в них хочется вечность. В них все еще растерянность. И удивление. Смущение. И страх…

Хмурится аттабей. Сжимает губы. Кому нужна жена, которая боится мужа? Окидывает невесту взглядом.

И замечает, как та прячет кисти рук в рукава. Слишком уж поспешно…

– Покажи.

Снова приказ, и она медлит. Опускает взгляд. Ему нельзя касаться невесты до свадьбы, иначе все было бы проще. И Карим вздыхает. Усмиряет крутой свой нрав, не терпящий неповиновения.

– Жена должна слушаться мужа и доверять ему больше чем себе, – говорить приходится мягче, но терпение вознаграждается.

Девушка медленно поднимает руки, и черная ткань соскальзывает с запястий, обнажая темные следы на тонкой коже.

Синяки. Свежие. Вряд ли им больше недели, а значит, кто-то посмел поднять руку на его невесту.

– Кто? – голос звучит тихо, но она сжимается. Вздрагивает. Втягивает голову в плечи. Смотрит из-под бровей.

И по страху в глазах, по тихому вздоху от сидящей в углу женщины он понимает. Младшая дочь. Единственная от третьей жены. Выйдет замуж раньше старших сестер. За правителя города. Женщины мстительны. И жестоки. Завистливы.