Сказание о пустыне

– Жалуются? – верный Сулейман, лично возложивший ему на голову золотой эгаль, неотступно находится рядом. Он и помогает, и оберегает от тех, кто также не отказался бы получить власть. И Карим бы отдал, за долгие годы она ему успела смертельно надоесть, но от слова уже не откажешься.

– Просят. Боятся. Требуют… Латифа вновь в тягости, повивальная бабка пророчит ей сына, если он родится, для города будет лучше, но… Зара смогла родить лишь дочь, и, сколько бы Малик не посещал ее в последние месяцы, так и не зачала.

Она злится, и нрав ее отнюдь не кроток. И что с ними делать?

Вздыхает начальник охраны. Воину понятнее, как навести порядок в разоренном городе, как приструнить людей и обеспечить исполнение приговоров местных судей и указаний аттабея…

– Отослать младшую к отцу? Девочка уже подросла, от матери не зависит, а в гареме спокойнее станет.

Качает головой Пустынный Лев, хмурится.

– Нельзя. Поддержка Аль-Алина нужна, особенно, если получится доказать, что беспорядок возник не сам собой, а был организован кем-то со стороны.

И этот неизвестный пользуется покровительством шейха.

Пока им удалось выяснить, что в дома бедняков начали стучаться люди, называющие себя сборщиками налогов. Они говорили, что шейх ввел новые, показывали некие бумаги, вроде бы даже с печатями, а при отказе платить, начинали выволакивать людей из домов и бить. Глядя на это, горожане и взбунтовались. Кто-то пустил слух, что налоги одобрены аттабеем и еще несколькими высоко поставленными лицами, а дальше бунт было уже не остановить…

– Запереть?

Вздыхает аттабей, неспокойно у него на сердце.

Знает он, что сын пустыни увел его семью из Аль-Хруса, но не спится ночами. Видится ему пустыня, отряд, что мчится по барханам, тела, что остаются на песке каждое утро. И муторно после таких снов, хочется сорваться с места и бежать, хватать коня и мчатся, лететь по песку туда, куда стремится сердце. Но знает хранитель Сердца Пустыни, что опоздает. Поздно, слишком поздно…

– Пригласи муллу. Скажи, что жены правителя глубоко скорбят о покойном муже и ищут утешения. И избавления. Пусть он побеседует с ними. Напомнит о старых обычаях, когда гарем правителя отправлялся следом за ним. Мои послания в Набир и Аль-Алин уже отправлены, со дня на день шейхи их получат. И дадут Небеса, воспримут правильно. А там, посмотрим…

…Жестока пустыня, и порой демонстрирует нрав свой, отнюдь не кроткий.