Вязь времен-2. Стань моей тенью

-Это они так думают, - мгновенно среагировал он с интонациями служителя тайной полиции, - Но что бы сами они ни думала по этому поводу, они тоже служат Иисусу – не менее ревностно, чем самые рьяные христиане.

Я не успела удивиться или возразить, как он еще и развил свою мысль, не переставая плотоядно усмехаться моему удивлению и невысказанным возражениям.

-У бога множество имен и мириады лиц. Если принять его в своем сердце, узреть его очень просто: надо только почаще смотреть вверх. И служить ему можно по-разному, но если стремиться творить добро, то…

-Царство Божие наступит прямо на этой, - для верности я потопала по камням пола под ногами, - прямо на этой земле.

-Твои слова – истина, дочь моя, хотя ты произносишь их без веры, - похоже, он с легкостью читал в моих мыслях, и даже не считал нужным это скрывать.

Я упрямо мотнула головой, чувствуя себя ребенком, не желающим внимать взрослым доводам. Оглядев меня еще раз, он вдруг замолчал на мгновение, а потом сознался:

-Однажды я все-таки узрел человека, который ни в грош не ставил Господа нашего и его наставления.

-Вот как? – заинтересовалась я, - И кто же сей строптивец?

Святой отец безнадежно махнул рукой, признавая свое поражение.

-Здесь его зовут Проклятым Дэнни. Не знаю, что имеют в виду крепостные, но я сам отлучил его от лона истинной церкви, ибо не мог стерпеть надругательства над самыми основами веры.

-Не впервые слышу это имя, - заметила я, - И снова меня стараются запугать им. Наверно, и вправду он страшный человек. Обещаю вам, отче, встретив его, бежать прочь со всех ног, покуда он не соблазнил меня гнилыми плодами ереси.

Мне все же удалось насмешить святого отца. Улыбаясь, он сказал:

-Беги от него, дочь моя, если хочешь сохранить ясный разум и веру, и…беги. Если сможешь.

Я самодовольно фыркнула, понятия не имея, как близок к истине этот надзиратель за чужими грехами.

Глава 6. Заговор на любовь

Как бы я ни корила себя за плохое соответствие эпохе, но все больше осваивалась в ней. Стоически сносила упаковку себя в наряды, ранние подъемы и ранние отходы ко сну, полное отсутствие свободы передвижения и многочасовые стояния в церкви на вечно ледяном каменном полу.