От начала времен

Затем мимо меня пролетела цветастая птица, приземляясь среди веток дерева в гнездо, где начала отбиваться от небольшого питона, затем картины продолжали мелькать, показывая все в подробностях от небольшой бактерии, что медленно грызла скалу, превращая её в подобие пемзы до большого пятнистого леопарда, который лежал на дереве и зорко охранял свое единственное потомство от неприятностей.

Все эти картины будто сплетались воедино, заставляя прилагать усилие, чтобы понять смысл который, безусловно, был в них, но суть всего постепенно ускользала оставляя только немое восхищение показанной картиной.

Но не успел никто из нас опомниться, как все внезапно прекратилось и там где недавно был голый камень и озеро раскинулись кроны пышных деревьев среди которых мелькали небольшие птицы, а под ногами бегали какие-то зверьки.

Глава 8

Преображение было поистине грандиозным и вызывающим трепет, то о чем мечтали наверное многие из нас, но старались не говорить почти по мановению руки стало реальностью.

В прочем не смотря на все с момента попадания сюда мы все изменились и я не вспоминал прожитые тут месяцы, или годы, а скорее разговоры между нами, когда мы то и дело вспоминали Землю.

Все из нас так или иначе мечтали о чем-то необычном, вырваться из рутины серости, почувствовать себя героем повести, романа, а не проходным персонажем, участь которого челночный бег «дом-работа – дом-работа». Но мало кто представлял, что это желание может осуществится, это было скорее мечтой, которая должна была оставаться мечтой.

Более того, если бы не случай мало кто бы согласился на то, что происходит сейчас. Слишком мы привыкли к своей жизни, чтобы отрываться от родного болота и что-то делать и пусть мечта остается мечтой.

Но как говориться, «бойтесь желаний своих» и вот один ангел заглянул ко всем, чтобы вручить монету, которая стала началом новой жизни, в прочем не только жизни.

Вместе с исчезновением привычного уклада, каждый из нас потерял и еще кое-что. Во время встречи и разговоров между нами мы многое выяснили, но еще больше оказалось загадкой.

Второй самой большой странностью было отсутствие лени, как таковой, что было странно для всех.