Месть и прощение

Я очнулась в Ведьминой пещере в обнимку с Нэликой.

— Как она смогла выбраться из камеры в подвале? — удивился Андерс.

— Тердеит не действует на дар Изменяющей. Нэлика опутала чарами слугу и внушила, что она — это я. Гарс вывел ее тайными ходами из дворца.

— Диву даюсь, как мало я знаю о вашем клане. Но Нэлике не прощу, что уговорила тебя ринуться вдвоем за Ван-Шансаром, — сдерживая гнев, он встал из-за стола и прошелся по комнате.

— Ты злишься на мою прабабушку потому, что она обвела тебя вокруг пальца, — Полина подошла к Андерсу и, обхватив руками, прижалась к груди.

Приподняв за подбородок, он заглянул в ее смеющиеся глаза и сердито ответил:

— Поверь, мне было не до смеха, когда я увидел разрушенную, залитую кровью пещеру.

— До сих пор не верится, что мы победили проклятого монстра, — вздохнув, Полина еще теснее прижалась к нему. — Ты даже не представляешь, насколько у него все было просчитано. Когда порвалась петля времени, таэно сразу отправился к пещере Сокровищ.

— Ван-Шансар не сомневался, что вы с Нэликой отправитесь следом за ним. Для этого он так разоткровенничался с твоей родственницей — рассказал о проклятии Сэвэки, поведал, что значит для него Танар и как он будет мстить смертным. Игра на грани фола, — восхитился умом врага Андерс.

— Ты прав. Он просчитал нас. Я первая начала исполнять его замысел. Своими мерзкими речами Ван-Шансар довел меня до исступления, оставив одно желание — убить его любой ценой.

— Успокойся! Все позади, — заметив, как она побледнела, Андерс усадил ее на диван.

— Представь! Я сама открыла ему доступ к воротам, — дрожащими губами произнесла Полина. — А потом он умело подставился под топор Груна. Гном отсек ему голову и помог освободиться от больного тела.

— По-моему, это звучит слишком заумно, — сказал Андерс, встревоженно разглядывая Полину.

— Не бойся, архимаг не успел покопаться в моих мозгах, — заметив его взгляд, горько усмехнулась она. — Он просчитал нас, но ошибся в главном. Этот древний не мог знать, на что способны люди, когда покушаются на самое дорогое для них.

— Ты о Варе? — спросил Андерс, и тоска заплескалась в его глазах.

— О ней. Эта мерзкая тварь хотела сделать из нашей девочки темного тимпана.