Месть и прощение

— Ты хочешь сказать, что применять магию во время предстоящего генерального сражения нельзя?

— Нельзя. Иначе Ван-Шансар получит такой приток силы, что никакая печать на пещере с сокровищами не удержит его, — глядя в потемневшие, словно небо перед грозой, глаза правителя, ответила Нэлика.

— Хитро придумала. Без боевой магии мы сдадим хойтам все наши города. С кем ты встречалась, пока нам было не до тебя? Вытрясти правду мне не помешает даже дар Изменяющей. Я не посмотрю, что ты родственница принцессы, — со злобой сказал Андерс.

— Тихо! Здесь человек после операции спит, а вы разборки устроили! — Полина выпроводила всех в коридор и вышла сама, плотно прикрыв за собой дверь.

— Как ты можешь обвинять меня в таком? Я весь день была с Кирой и малышом, — возмущалась Нэлика, следуя за Андерсом.

— Ты думаешь, что тебе, Изменяющей, кто-то поверит? Тамир, надень на нее тердеитовый ошейник и в тюрьму, в самую дальнюю камеру, — приказал Андерс.

Полина в растерянности смотрела на разворачивающуюся перед ней ссору.

— Ты тоже веришь, что я твой враг? — заметив ее отрешенный взгляд, с горечью спросила Нэлика. — Так проверь меня, ты же Хранительница, и я в твоей власти!

— Я устала. Отложим все до завтра и в бодром состоянии будем решать, что делать. Андерс, пусть Тамир проводит нашу гостью в ее комнаты,— попросила она и вернулась в палату.

* * *

Они шли по лабиринтам коридоров, спускаясь все ниже. Нэлика поняла, что вести ее в гостевые комнаты никто не собирался. Иногда Андерс нажимал на кирпичи в стене в определенном порядке и открывал проходы. Наконец дошли до массивной железной двери с решетчатым окошком. Комната была маленькой, без окон, похожей на тюремную камеру.

Из мебели имелась узкая кровать, заправленная шерстяным одеялом, стол, стул, шкаф.

— Здесь туалет и душ, — открыв небольшую дверь, показал Андерс. — Чистая одежда и белье в шкафу. Еду будет носить Гарс — слуга, который присматривает за этим помещением. Он глухонемой и очень предан семье Алекса. Так что не пытайся его совратить.

Нэлика молча прошла и села на кровать. Начальник охраны защелкнул на ней ошейник.

— Я не такой доверчивый, как Полина. Будешь находиться здесь, пока не отыщем твоих сообщников, — холодно произнес Андерс.