Месть и прощение

— Ты все забудешь, даже во сне тебе это никогда не приснится, — приговаривала она, крепко прижимая дочку к себе.

Постепенно Варя успокоилась и, всхлипывая, попросила:

— Я хочу кушать. Можно хлебушка?

Сердце Полины замерло от жалости.

— Керим, принеси молока и булочек, — попросила она.

Тот бегом отправился на кухню и через несколько минут принес большую кружку молока и свежие, хрустящие булочки. Девочка жадно вцепилась в кружку и, не отрываясь, выпила половину. Потом торопливо начала есть булочку, запивая большими глотками.

— Спасибо, дядя, — поблагодарила она, протягивая пустую посуду Кериму. От маминого тепла и утоленного голода Варю разморило. Свернувшись калачиком, она уснула.

— Руслан, нам пора уходить. Я не думаю, что в тюремном дворе остался в живых хотя бы один свидетель, но рисковать и задерживаться в Эль-Наине не стоит. Прошу тебя, останься здесь с останками моего отца, — она с болью посмотрела на завернутое в легкое покрывало тело, лежавшее на кушетке. — Мы ненадолго уйдем. Я обещала Кериму вылечить его отца, и хочу сейчас исполнить обещание.

— Моя семья будет вечным вашим должником! — со счастливым блеском в глазах воскликнул княжич, распахнув перед ней дверь.

— Ты помог спасти мою дочь, большей награды не надо, — подхватив на руки спящую Варю, ответила Полина, выходя из комнаты.

* * *

Тигран сидел в кресле, слушая сына, иногда переводя взгляд на женщину, сотворившую чудо и поднявшую его на ноги. Он вспомнил все: разговор с ильханом о том, что хойты создали огромную армию и готовы напасть, что срочно надо отправить войско, чтобы закрыть Джагарские ворота.

Как беззаботно отнесся тогда к его сообщению Ромшан и пригласил на охоту, во время которой лошадь сбросила его на землю. Глаза сераскира горели гневом, когда Керим закончил рассказ о заговоре между ильханом и Нэликой, о том, что правитель Делира отдал свою жизнь, спасая Эль-Наин от страшного колдуна. Как Золотая тысяча императора устрашала народ, разоряя села и города Шагонара.

— Этот сын шакала недостоин быть правителем.

Его надо привязать к столбу на площади и отдать на суд людей, — гневно произнес Тигран.

— Ромшана уже нет. Он сам выбрал свою участь и сгорел вместе с Золотой тысячей, — промолвила Полина. — Шагонаром должен править правитель, который не побоится выступить против императора. Надеюсь, это будете вы, князь. Грядет страшная, кровопролитная война. Все страны мира должны объединиться, чтобы одолеть орду. Ничего, кроме гибели народов, она не несет.