Каледонский Безумец

«Если мы здесь проложим поперечину, а от неё вниз – одну продольную, то может получиться уже не дикий бык, а, например, совсем тебе домашняя корова» – знаки силы, которые вы знаете как англосаксонские руны, не на пустом месте получили свои отличия от старших рун. Не обошлось здесь, конечно же, без Огама. В этом случае речь о руне Ир, что означало у них то ли «лук», то ли «топор», а, конечно же, никак не «корова». Но весь этот культурный обмен происходил, как и всё на свете, методом проб и ошибок. Как видите, саксы сами до сих пор не пришли к единому мнению о значении этой руны.

Так что не исключено, что было время, когда она обозначала именно корову, даже несмотря на присутствие руны Фео.

Читайте в следующих книгах серии:

***

… Она мигом исчезла вслед за Светлячком.

И через мгновение появилась снова. Но что-то между этими мгновениями в Керридвен поменялось. Смотрелась она заметно моложе, полнее, даже румянее. Грудь её стала пышнее, бедра округлились. И предстала она не в своём любимом изысканно чёрном наряде с золотым узором, а в простых некрашеных шерстяных рубахе и юбке.

Отстранив стоявшую перед ней Крейри, она неспешно проследовала мимо нас, оторопевших, к ближайшей скамье и устало опустилась на неё.

– Мам? Всё в порядке?

– Ой, бабуля, какая ты красивая! – пискнула Гвенддид.

– Сколько времени прошло? – спросила Керридвен, подняв глаза на дочь.

– Да… нисколько вроде, – растерялась Крейри. – Как ты исчезла, так тут же и появилась снова.

– Понятно, – протянула богиня.

– Если сильно торопиться, можно так перестараться, что угодишь в прошлое. Кажется, кто-то об этом даже сказку сочинил. Или ещё не сочинил…

– Что произошло? – не унималась Крейри. – Где Гвион Бах?

– Год прошёл, дочь, – ответила Керридвен, придвинув к себе миску с ядрами лесного ореха и принявшись самозабвенно их поедать один за другим. – И нет Гвиона Баха.

– Ты его убила?

– Если бы! Даже немного наоборот, – смотрела она перед собой немигающим, мертвецки уставшим взглядом. – Всезнание и всевидение, конечно, хорошие качества, незаменимые.

Но действуют они обычно лишь до следующего воплощения. Так что теперь Гвион уж не станет мудрецом и прорицателем. Самое большее – станет бардом. Может быть, выдающимся бардом. Но ауэн будет черпать, как все, а не с в божественном изобилии… Так, я женщина, я не хочу ничего решать. Я хочу есть, спать и мужика, желательно в силе.

– Мама, тут дети!

– С ними я ещё разберусь.

– Что-то у тебя настроение такое… необычное.