Король русалочьего моря

Марта наконец отвлеклась от своих штудий, немного испуганно поморгала, глядя по сторонам, как будто её кто-то резко разбудил, а потом, почему-то боком, пробралась к двери и убежала следом. Педро тоже встал и подошёл к их столу.

– Леита, – сказал он негромко, но твёрдо, – пора на алхимию. Господа, простите…

– Слышу голос ответственности и не удивлен, что это голос Гусмана, – отозвался дон Франсиско с благосклонным кивком.

– Я тоже слышу голос угнетателя и не удивлена, что это голос аристократа, – в тон ему сказала Леонор, и Педро дёрнулся, словно она его ударила.

Мгновение Педро смотрел на неё, сжав кулаки, а потом развернулся и вышел. На лице Леонор отразилось сомнение, она даже сделала движение, словно собираясь встать и пойти за ним, но тут донья Инес всё испортила:

– Как ты смеешь!

– Может, и не был бы, – сказал дон Франсиско невозмутимо. – Но у него проблема, видите ли: когда заключали Клятву… вы ведь знаете про Клятву?

– Вы про тот уродский договор, к которому вынудили отчаявшихся людей под угрозой смерти, когда они всего-то хотели своей свободы? – рука Леонор всё поглаживала её амулет, хотя Одиль не могла бы сказать, осознает ли она это.

– Так вот, – прервал её дон Франсиско; говорил он всё ещё спокойно, но глаза его опасно сверкнули, – тогда его предок отказался участвовать.

Наступила лёгкая пауза.

– Надо же, – задумчиво сказала Леонор, – тогда мне надо перед ним извиниться. Похоже, его предок, в отличие от многих, понимал, что такое честь.

Тут все трое Альба, даже до того мирный Фелипе, уставились на неё, как инквизиторский трибунал на прожжённого еретика. Их понять было можно, не каждый день их род обвиняли в бесчестии, но Одиль скорее понимала Ксандера, который невольно тихонько улыбнулся.

Поздно.

Всё ещё так улыбаясь, и скорее всего, даже не осознавая этого, он повернулся к столу, неся откупоренную бутылку вина и бокал – и дон Франсиско увидел эту улыбку: она быстро исчезла, но недостаточно быстро.

– В школе процветает чудовищное вольнодумство, – тем временем заявила донья Инес. – Я вас предупреждала!

– Предупреждали, – эхом отозвался дон Франсиско.