Сказ «Обрыв влюблённых»

Ярослав тяжело вздохнул, молча встал, из светёлки вышел да назад не оглянулся. Что делать было, коли даже близкие тебе люди верить твоим словам отказываются? В горницу спустился, на отца не посмотрел. Зипун[62] лёгкий на себя набросил, чай, ночами лето уже бабье, осеннее. Холодно бывает. Постоял во дворе, подумал. Вспомнил, что местный Голова на гулянье со всеми не отправился. К нему домой путь свой и направил. Время позднее было, да дела многие до утра ждать не могут. Голова к тому привык и на стук впустил Ярослава.

Провёл к себе в комнатушку, что для разговоров по делу предназначена была.

– Почто так поздно? Случилось что?

– Случилось, да как о том рассказать не знаю, — Ярослав понуро на лавку опустился.

– А ты с начала начни. Я сам уж остальное пойму. А коли нет, вопросы спрошу.

И стал Ярослав говорить, душу свою изливать. И про жизнь свою семейную, которая не задалась. И про Желану, которую видеть не может. И про то́, что о нём уже все и так знают. И про то́, что Голова ещё услыхать не успел.

– Эвоно как? — задумался тот. — Дай мне слово, что ты не брешешь. Дело тут такое. Сурьёзное.

– Слово даю, что нет вранья в речах моих. Делать-то что теперича?

– Ежели ты тут ни при чём, выходит, что есть другой виновник. Дитё бабе с неба не падает. Кто-то же её обрюхатил.

– И как то́ прознать? — Ярослав слезу с лица вытер.

– Ты не баба, чтобы мне тут слёзы лить. Ишь, нюни свои распустил. Говорят, что когда вражину бил, ничего не боялся. И страха от тебя никто не углядел ни разу.

А сейчас чего испужался, ежели правда за тобой? Ну, вот что. Гульбища, чай, ещё два дня будут. Седлай коня, сейчас выезжаем. По дороге свою мысль тебе расскажу.

Что мужикам тех коней оседлать? Чай, кажны мале́ц это делать умеет. Ярослав отца предупредил, что с Головой по делам едет, а на сколько дней не знает. И уж вскоре оне пустились вскачь к большому селению. Спустя час и доскакали. Ярослав на окраине остался, как ему Голова велел, а как ночь пришла, да луна на чистое небо взошла, так тихо к трёхэтажному дому пробираться по кустам начал.

Тропинки он тут всякие знал. К огороду и выбрался, коня привязал да пастись оставил. Сам через забор перемахнул и к сараю за домом пробрался.

– Ну, куда тутачки лучше втихаря забраться? — молвил Голова рядом с Ярославом.

– Лучше вон через ту дверь, — он показал на пристройку. — Она через горницу не ведёт. Там лестница, что наверх поднимается. А там уж и на третий этаж взбирайся, не хочу. Он пустует ноне.