Как бы беременная, как бы женщина! Самая смешная книга о родах

Она сказала:

– Возьми и съешь все сама! Темке не давай!

Вот тут-то я и была сражена! Я не поверила своим ушам.

Тут, как говорится, без комментариев.

Но конечно же я поделилась с мужем. Мне вполне хватило для счастья и половинки весеннего огурчика. И еще – бабулиных слов.

На сохранении

Когда беременности моей исполнилось пять месяцев, началась эпидемия гриппа, и как я ни остерегалась, он меня настиг. Лекарства я никакие не пила: остерегалась. Кто их знает, как эти лекарства повлияют на ребеночка?

А без лекарств болезнь долго не отступала.

– Ребенок желанный?

– Конечно да! – воскликнула я.

– Ну, тогда поедем на сохранение.

Интересно, что это был за вопрос?

И как иначе на него ответить?

Хотя наверняка докторам приходилось слышать всякое. Но неужели кто-то отказывался спасать собственного ребенка? Никак забыть это не могу.

Поехали мы в больницу, сохранять желанного ребенка.

Можно было и не ездить. Потому что я с большим успехом полежала бы дома – в тишине, покое, с любимой книжечкой.

В больнице же я оказалась в палате на 12 мест. Все, естественно, беременные, все со своими характерами и тараканами. И именно там я услышала столько жутчайших рассказов про роды и кошмары во время них происходящие, что и сейчас некоторые сюжеты вспоминать страшно.

На самом деле все происходило как в пионерлагере. Днем все заняты: процедуры, уколы, капельницы, врачебные осмотры.

А вечером, на свободе, начиналось… Причем разговоры эти ужасные заводили уже рожавшие женщины. Они получали какое-то злорадное удовольствие, видя испуг на наших наивных лицах.

После каждой ужасной сказки, совсем не похожей на «Спокойной ночи, малыши», я долго заснуть не могла. И так они на меня действовали, что я взмолилась, чтобы муж забрал меня «с сохранения» домой.

Потом один из таких разговоров я описала в романе «Блудная дочь».

Вот этот фрагмент из романа. Тут страшно не будет, не беспокойтесь, если что.

– В общем, один любовник был у нее американец белобрысый. Как моль такой. И кожа розовая, а когда загорит, так и вообще красная, но он довольно редко появлялся, только по бизнесовым нуждам когда. А второй – армянин, тот все время. Черный. Шнобель крючком, грудь мохнатая, как у шимпанзе. А муж – наш, Ваня, морда колом, громадный, бычара.