Солдаты Сумерек

(«Как матрёшка в матрёшке, но немного сложнее!»)Корабль якобы потерпел аварию от столкновения с метеоритом, а Вовчик посоветовал пришельцам как можно устранить проблему в энергетической цепи звездолёта. В качестве благодарности эти замечательные инопространственники подарили Емельянову «тюльпан», как раз и ставший источником их проблемы — неисправную анабиозную ванну. А так же ещё множество вещей-сувениров. В заключение парнишка признался, что даже успел влюбиться в звёздную девушку из экипажа прибывших учёных, врача по имени Зоринка.

— Представляешь, она меня поцеловала!!И столько неподдельной гордости было в этом, что Феоктистова аж в жар бросило. В обычное время он, конечно, принял бы всё за очередную фантазию «шизанутого» на космосе Емельянова. Но только не при виде сотен килограммов явно неземных «подарков». Которые сам же и помогал толкать.Технически одарённый Вовчик смог совершить почти невозможное — догадался, как дотащить несколько центнеров своих сокровищ до пятиэтажки. Он просто включил и приспособил на них инопространственное же устройство. — А ты что, салют не видел, что ли?!— Какой ещё «салют»? 9 мая давно прошло. Да и утро... День на дворе.— Что, правда, не видел?! Инопространственники же, когда улетали, небо так расцветили — у нас и в День Победы слабее получается! Даже гремело.— Спал я! — убито признался хозяин. — Я даже будильник не слышу.Его лицо перекосилось. Феоктистов тоже любил космос. Пусть и не так истово, как Емельянов. От всплеска чувств дал ванне мощнейшего пинка. Вот только забыл, что «подушка» не работала — эффект получился как по бетону. Лишь через несколько минут он смог вернуться к членораздельной речи:— Скотина, блин! Меня разбудить что ли не мог?!Потом обречённо махнул рукой:— Ладно, что уж! Давай подарки смотреть.Но сначала пришлось опустить ногу в таз с холодной водой.— Ёлки! Я, по-моему, сустав себе вышиб!— Да кто тебя лягаться-то заставлял? — чуть усмехнулся Емельянов.Около получаса друзья рассматривали звёздные карты, непонятного назначения аппараты, изящные безделушки, части скафандров, эмблемы, шевроны и ещё много чего, что постепенно закрывало собой ковер в зале. Особенно им понравились голографии экипажа, похожие на чёрные плоские портсигары, меж плоскостями которых возникали объемные цветные фигуры. При плавном увеличении угла раскрытия пришельцы двигались. Чаще всего — улыбались или махали руками. А девушки, как правило, посылали воздушные поцелуи.