Солдаты Сумерек

Их заострённые рыла больше всего напоминали морды ящериц, только с очень большими глазами. К тому же пасти заполняли небольшие крепкие зубы. Крылья, действительно, походили на увеличенные конечности летучих мышей. Вот только на сгибах дополнительно имели ещё и по когтю. Тёмно-серую чешуйчатую шкуру, маслянистую на вид, покрывала сеть небольших складок-морщин. Имелся у зверюшек и короткий хвост, с чем-то вроде кожистого оперения. Задние лапы представляли собой голую пародию на орлиные, с длинными острыми захватами.

При виде «мышей» друзей начало знобить. Словно один вид контактного яда подействовал на организмы. Гесперон подошёл, по очереди приложил каждому ко лбу рог Индрика. Убедившись, что полегчало, достал из отдельного мешочка обломанные наконечники «магических копий». Феоктистов искренне обрадовался «Сарацину». Он уже и не чаял второй раз найти его. А маг грустно улыбнулся:

— Есть ещё одно, что вам, возможно, стоит знать.

Подвел баронов к котлу и показал опоясывавшие его неровные концентрические полосы.

— Знаете, что это?

— Похоже на запаянные между собой кольца. — Зубров попробовал качнуть чан, но тот даже не шелохнулся. — Ни фига себе! Он из чего?

— Скорее всего, из сплава серебра с золотом.

— Ого! Откуда такая роскошь у дикого людоеда?

— Вот и я про то же. Думаю, что эти кольца состоят из расплавленных партий таких же драгоценностей, что мы нашли в логове.

— Это сколько же человек он убил?!

— Не в этом суть. Хотя, скорее всего, много. Дело в том, что ни в землянке, ни поблизости мы не нашли ничего, что можно использовать для переплавки металла.

— Что-то я не въезжаю! — поморщил лоб Феоктистов. — И что это значит?

— Только то, что убитый великан не мог сам себе сделать такой котёл.

— Ты хочешь сказать, что он не один?

— Я хочу сказать, что либо он отнял котел у кого-то более технически развитого, либо этот «кто-то» помогал ему наплавлять котёл.

— И в таком случае, этот урод точно не один! А в компании у него могли быть совсем не великаны.

Гесперон утвердительно кивнул.

* * *

Всё-таки разбойничья жизнь, при всей её мерзости, имеет положительные стороны. Например, учит использовать все шансы и изворачиваться до последнего. Поэтому, когда оруженосец сэра Владимира головой вперёд летел в озеро, меньше всего он думал о смерти.