Под пение оляпки

Один из северян, которого Асгейр не знал, попал мечом плашмя по спине здоровяка. Вальгард дернулся, резко разворачиваясь и всаживая тому кинжал в брюхо. Увидев приближающегося ярла, северянин осклабился:

— Я уж думал все, не свидимся.

— Не дождешься, — Асгейр был рад видеть его живым и не скрывал этого.

— Нужно уходить, — Мортен выглядывал пути отступления, пока Асгейр и Давен подтягивали остальных. Это было сложно осуществить, но дух Хаддинга безошибочно определял врагов, помогая ориентироваться.

Первые лучи солнца робко касались водной глади и дубовых крон, когда небольшой отряд викингов осторожно двинулся в ту сторону, из которой пришел. То и дело им приходилось обороняться или нападать, пробивая дорогу вперед. Асгейр тщетно пытался разглядеть Йона, но старый друг словно провалился сквозь землю, сея в душе самые темные мысли и ожидания. Они разделились с началом пожара, и теперь мужчина опасался, как бы Йон не пал, отдав душу в чертоги Одина.

Призрак Хаддинга неотступно следовал за ними.

Когда их заметно увеличившийся отряд столкнулся с группой христиан, те с не меньшей, чем у северян, яростью бросились в бой. Асгейр оказался рядом с Маргрет, страхуя раненную воительницу, что не собиралась отсиживаться в стороне. Неожиданно женщина вскрикнула, смотря за спину ярла, где стоял Косолапый, уже опускающий руку с мечом на Мортена. Этот удар тот остановить не успевал. Ярла спасла стрела, пробившая Косолапому шею, отчего он грузно завалился на землю, так и не донеся свой меч до головы Мортена.

Оглянувшись, Асгейр увидел опускающего лук Хэкона. Ярл Хардангера стоял на одном из трех драккаров, а два других уходили под воду. Мортен поднял руку и махнул в сторону рощи. Им следовало отступать, но причаливать Хэкону к берегу, где местами еще вспыхивали сражения и пылали пожары, было слишком опасно. Мужчина кивнул, после чего весла драккара с тихим шелестом, потонувшем в окружающей их какофонии шуме, опустились на воду.

***

Они покинули поле сражения и теперь продвигались по медленно оживающей роще, что куталась в утреннем тумане. Идти было трудно. Многие из северян были ранены, но отряд не собирался их бросать, любой ценой намереваясь довести до лагеря. Сейчас не существовало ни людей Хэкона, ни людей Мортена. Они все были одним сплоченным отрядом, что прошел через кровавую мясорубку и выжил. Слабый ветер шумел кронами, наполняя воздух запахом осени.