Новый мир: Университет

— Как обычно — в девять, ждём вас. Госпожа Виленская — ваши поклонники требуют новых партий. У вас припасено ещё что-нибудь в рукаве?

— Спрашиваешь, Носач! — фыркнула Ирина, до того, как ни странно, не проронившая ни звука и только внимательно следящая за ходом разговора. — Благо, разновидностей преферанса существует изрядное количество...

— Прекрасно! В таком случае — переходите к ставкам, — подмигнул Ворон девчонке, и теперь уже эти двое обменялись какими-то заговорщицкими взглядами.

Синклер, покосившись на них, поклонился отдельно Агнессе:

— Благодарю за возможность увидеть вас в неформальной обстановке снова, — любезно кивнул он. — С прискорбием отмечаю, что иных оказий слишком мало — только танцы.

С этими загадочными словами он удалился, а следом за ним улетел и Генрих, в очередной раз изобразив нечто «птичье» фалдами своего неизменного чёрного сюртука.

Агнесса непонимающе моргнула, прокручивая в голове последнюю фразу Фридриха:

— Иногда он, кажется, слишком мудрит, — заключила она, тихо вздохнув, но, отметив, как ехидно ухмыльнулась Ирина, вопросительно вскинула бровь: — Что?

— М-м... да нет, ничего особенного. Тебе самой-то, вроде как, даже начали нравится уроки танцев? — лукаво спросила княжна, возя вилкой с наколотым на ту кусочком мяса по соусу.

Девушка пожала плечами, отведя взгляд в сторону и немного зардевшись:

— Я... в последнее время я, вроде бы, делаю успехи. Начинаю, знаешь ли, привыкать...

— Ага, ага. Тем более, что кое-кто просто из шкуры вон лезет, чтобы помогать тебе, — выражение мордашки у Виленской стало совершенно лисьим.

— Ты о чём?

— Тебе не приходило в голову, что Синклер как-то подозрительно часто с тобой пересекается в танце? Вне стандартной ротации, а?

Агнесса озадаченно нахмурилась, понимая, что Ирина говорит чистую правду — и ведь она же сама подмечала это не раз в последнее время! Просто забывала почти сразу.

— Ну... может быть и так. Но смена партнёров происходит хаотично, так что, наверное, это случайность, — сбивчиво проговорила она, сжимая в пальцах чашку.

— А как же! — рассмеялась Виленская.