Русская сказка

 Званко подбежал к Маре. Она лежала на земле без движения, девушка была связана, и на голове у неё был мешок. Званко разрезал верёвки с её шеи и стянул мешок.

 Он опасался, что она мертва, но нет, Мара открыла глаза. Мара судорожно вдохнула, глотая холодный воздух. Девушка сняла душившие её верёвки.

 А через мгновение и Званко почувствовал, как не хватает ему воздуха. Руки Мары обхватили его шею, и он перестал дышать, окунувшись в её волосы. Их губы встретились, и весь окружающий мир исчез.

 Мара положила голову ему на плечо и сидела, глядя прямо перед собой. Теперь невидимая нить протянулась от неё к Званко. Она не могла увидеть её, но чувствовала каждое мгновение. Любовь связала их, отделив от всего остального мира, в котором находилось место лишь для страданий, потерь и боли. 

   - А я думала, что они тебя убили, и я больше никогда тебя не увижу. – Мара стала заплетать распущенные волосы.

 Званко рассказал ей всё, а потом спросил, о том, что же с ней случилось. Рассказ Мары был недолгим. Она почти ничего не видела, только чувствовала, как увозит её князь Косакис. Они проехали совсем немного, а потом белый конь, к которому была привязана Мара, споткнулся и упал. Косакис привязал её к своей лошади, и всю дорогу ругал жадность князя Сайефарна, подсунувшего ему негодного коня.

   - Поедем назад? – Спросил её Званко.

   - Не знаю, хочу ли я возвращаться. Меня продали, как овцу, только за то, что я выполняла свой долг перед народом. И никто из нашего народа мне не помог, только ты один. Значит, кроме тебя я и не нужна никому.

 Званко поднялся, отряхнул с ног траву и сказал ей:

   - Поедешь ко мне жить? Ты теперь моя жена, и я хочу, чтобы ты всегда жила со мной.

 Мара поднялась ему навстречу:

   - Конечно, поеду. Я тебя люблю, и знаю, что ты теперь для меня ближе всех на свете.

 Стоило Маре только лишь вспомнить о брате, как тут же они вернулись к заботам обычной жизни. Мара испуганно воскликнула:

   - Гатал же не знает ничего! Он не знает, что Сайефарн нас предал!

   - Едем назад! А то, поздно будет!

 Потом Званко сел на своего коня, а Мара на коня Косакиса, и поехали обратно, в кочевье роксоланов.