Первое копьё: Алтарь Убиев

Я делаю то, что могу, настолько хорошо, насколько могу. В этом и заключается моя философия.

Стефан уже не первый год ошивался при военных лагерях и знал, что фрументарии занимаются отнюдь не только сбором сена и зерна. Но прежде ему никогда и в голову не приходило, что он свяжется с этой подземной службой. Фрументариев презирали, боялись и ненавидели. Презирали за то, что те — «не настоящие» солдаты, а боялись и ненавидели — потому что любой фрументарий мог погубить любого легионера, указав на него как на изменника.

Бездельники, трусы и доносчики, вот кем были фрументарии в глазах войска.Стефан долгое время держался того же мнения, потому что смотрел на вещи глазами легионеров, приходивших к нему написать письмо на родину или долговую расписку в тайне от вексиллария, или составить завещание перед опасным походом, или просто поболтать и пожаловаться на жизнь.Но сейчас он видел службу фрументариев другими глазами, и изменил свое мнение — одновременно в лучшую и в худшую стороны. Он узнал о сотнях шпионов на землях как дружественных, так и враждебных варваров. О подкупленных советниках и родичах вождей, через которых сеяли рознь среди германцев. О торговцах и бродячих сказителях, приносивших сведения и распространявших слухи. О том, как добывались деньги на все это. О, это были грязные деньги, махинации с войсковой казной — еще не худший способ, которым они добывались. Легионеры, честившие фрументариев и в хвост и в гриву, понятия не имели, насколько все хуже, чем они себе представляют. Но…Но если бы Квинтилий Вар наладил службу фрументариев так, как наладил ее при Германике Кастор Филиппиец, юная жена Ригида не осталась бы сиротой, а Август не бился бы головой о стены, крича: «Вар, верни мои легионы!»Если бы Квинтилий Вар хотя бы просто держал глаза и уши открытыми…Германик, сумевший малой кровью подавить мятежи в легионах, разгромить марсов и хаттов, захватить в плен жену Арминия, наполовину был обязан этим Кастору Филиппийцу, бывшему его глазами и ушами.Однако сейчас глаза и уши начали подводить. После нескольких поражений Арминий усвоил ошибки. Возле него остались только самые преданные. Он вынудил всех сторонников Рима либо открыто перейти к римлянам, либо убраться в изгнание. Он каким-то образом вычислял и уничтожал шпионов. Наконец, он слушал Кузнеца и поступал по его слову.Никто не знал, откуда взялся Кузнец. Никто не знал даже, человек ли скрывается под маской, или демон, вырвавшийся из Гадеса на погибель Риму.