С каждым ударом сердца

Она изо всех сил старалась показать, что о судьбе их рода с историей, теряющейся во временах сражений с Аттилой, думает только она, а все остальные члены семейства лишь развлекаются, спуская благосостояние и престиж семьи.

Щека горела, и он испытывал досаду от того, что позволил внешнему спокойствию тетки усыпить его. Он, взрослый мужчина, чувствовал себя как мальчишка, застигнутый за шалостью, и к тому же он начинал понимать, что негодование Шайлы вполне обоснованно.

– Пойми, твое положение сейчас не просто двусмысленно, оно действительно опасно! Выступить на стороне самозванцев, поддержать фактически узурпатора, если не сказать больше.

– Шайла, я не совсем тебя понимаю, ведь никто на самом деле не пытается свергнуть королеву!

Он осознал, что еще мгновение, и женщина еще раз ударит его, и испугался, что вынужден будет не допустить этого. Как это сделать, как совладать с теткой, чтобы не пострадало ее достоинство, он не знал.

Внезапно вся ее ярость, возмущение словно улетучились, растворились в воздухе, и она небрежно улыбалась ему.

Регана всегда поражала эта необыкновенная способность тетки. В ней как будто одновременно жили несколько человек, и по мере необходимости вперед выступал один из них, мгновенно отодвигая другого в тень.

Вот и сейчас внешне беззаботная сестра его отца сменила грозную хозяйку старинного рода, недовольную поведением одного из младших членов семейства.

– Конечно. Конечно, Реган.

Она, улыбаясь, смотрела на него, зябко приобняв себя руками, будто бы чувствовала, что ветер с моря не нес ничего хорошего.

– Я отправила жандармов обратно. Не им приказывать нам. Даже сейчас. Реган…

Маг просто ждал. Тетка, внезапно оставшаяся единственной наследницей старинного рода, считала, что отвечает за все происходящее вокруг, за все происходящее с ним. Хотя сейчас он мог бы также вернуться к вопросу наследования, но зачем ему это было нужно? Тем более что у Шайлы не было детей. Впрочем, и у него тоже.

Между тем тетка продолжила, словно пытаясь нащупать правильный маршрут, путь, по которому можно было достучаться до понимания, до осознания им всех проблем. И всех возможностей. Ее всегда интересовали именно возможности, а не преграды.

– Реган, после твоего внезапного… возвращения события приобрели неожиданный оборот, а она женщина. Ты понимаешь о ком я.

Он покрутил головой. Вокруг царила почти летняя жара, но его внезапно пробил озноб.